Книга Лекарь из Пустоты. Книга 2, страница 59 – Александр Майерс, Алексей Ермоленков

Упоминание патриарха заставило Громова побледнеть. Гвардейцы заёрзали и упорно делали вид, что их здесь нет.

— Это излишне… мы во всём разберёмся… — залепетал лейтенант.

— Вот поедем и вместе разберёмся. Барон Курбатов, составите компанию? Свидетель мне не помешает, — попросил я.

Иван энергично кивнул. Офицер Громов, стиснув зубы, резко повернулся и выбежал в коридор.

Мы вышли из гостиницы и сели в служебный микроавтобус охраны съезда. Поездка до административного корпуса, где располагался их штаб, прошла в гробовом молчании. Я сидел, глядя в окно на проплывающие огни Приморска, и думал о том, насколько это всё предсказуемо.

Магистр, однако, оказался настоящим подлецом. Если бы не Шёпот, меня запросто обвинили бы в краже кристалла, и доказать, что я его не брал, было бы проблематично.

Измайлов, Мессинг, теперь ещё и Сорокин… На каждом шагу подстава. Весёленький съезд. Но мне не впервой, и я знаю, как надо действовать в подобных ситуациях.

В штабе нас провели в кабинет начальника охраны, полковника Захарова. Это оказался крепкий мужчина с густыми усами и уставшим, но пронзительным взглядом. Он выслушал короткий, сбивчивый доклад лейтенанта Громова, который пытался выкрутиться, говоря о «поступившей оперативной информации» и «неподтвердившихся данных». Затем дал слово мне.

Я изложил всё чётко и без эмоций: незаконное обвинение, обыск на основании сомнительных данных, отсутствие каких-либо улик, нанесение ущерба репутации. Иван подтвердил мои слова, рассказав, как всё происходило.

Полковник выслушал, не перебивая, лишь изредка бросая тяжёлые взгляды на своего подчинённого. Когда я закончил, в кабинете повисла пауза.

— Ордер был оформлен по заявлению магистра Сорокина о пропаже артефакта, — наконец сказал Захаров. — Он указал на вас, как на основного подозреваемого, сославшись на ваше пристальное внимание к кристаллу во время занятия. У нас имелось основание проверить эту информацию.

— Понимаю. Но вот что интересно: лейтенант Громов был уверен, что отыщет кристалл в определённом месте. И был крайне удивлён, не найдя его там. Это наводит на определённые мысли, — заметил я.

Громов попытался было что-то сказать, но Захаров резким жестом остановил его.

— Довольно. Громов, вы и ваш наряд отстраняетесь от дежурства. Сдайте оружие и удостоверения. Оформляйте рапорт с детальным объяснением каждого своего шага сегодня вечером, начиная с момента получения заявления от магистра Сорокина.

— Есть, — глухо подчинился лейтенант.

— Что касается вас, барон Серебров… Приношу официальные извинения от лица службы охраны съезда за причинённые неудобства и нанесённый моральный ущерб. Обещаю, что лично разберусь в этой ситуации. Заявление магистра Сорокина будет перепроверено, действия моих подчинённых — расследованы. Вам будет направлено официальное письмо с результатами, — сказал полковник.

Это было максимум, чего я мог добиться здесь и сейчас. Заставить арестовать Сорокина или Громова без прямых доказательств подлога невозможно. Но я выставил их действия в самом неприглядном свете и добился того, что охрана теперь будет копать в эту же сторону. Этого пока хватало.

— Спасибо, полковник. Надеюсь на объективное разбирательство.

— Мы со всем разберёмся, — пообещал Захаров.