Книга Лекарь из Пустоты. Книга 4, страница 106 – Александр Майерс, Алексей Ермоленков

— Где гарантии, что вы не продолжите лить кровь, получив больше власти и силы?

— О чём вы, князь? Повторяю, я защищался. Если меня атакуют, я даю сдачи. И стараюсь делать это так, чтобы второй раз противник дважды подумал. Измайловы и Мессинги хотели полностью уничтожить мой род. Я ответил тем же.

— Однако вы оставили Мессингов в живых. Почему? — сощурился Богдан Романович.

Врать не хотелось, но и говорить правду не стоило. Поэтому я ответил уклончиво:

— Меня попросили.

— Кто?

— Люди, чьё мнение я уважаю.

Пушкарёв усмехнулся.

— Уклончивый ответ.

— Но честный. Имена не имеют значение, важно то, что я пощадил своих врагов.

— Справедливо. Тогда спрошу иначе — вы сами хотели их убить? — князь подался вперёд.

Я ответил не задумываясь:

— Да. Они чуть не уничтожили мою семью. Но личная месть не стоит того, чтобы ради неё нарушать данное слово. К тому же граф Мессинг хороший целитель, который ещё может принести пользу государству.

Князь долго смотрел на меня, потом медленно кивнул.

— Ещё один вопрос, барон. Ваши новые вассалы — бывшие люди Мессинга. Они предали своего сюзерена. Почему вы думаете, что они не предадут вас?

— Потому что я не даю им причин для предательства. И не даю возможности.

— Поясните.

— Я взял под контроль их ключевые активы. Если они попытаются что-то сделать против меня — потеряют всё. Но если будут служить верно, поднимутся вместе со мной, — разъяснил я.

Большого секрета в моих действиях всё равно не было. Всякий, кто умеет пользоваться интернетом, найдёт эту информацию за две минуты. Мы ведь всё оформили официально.

— Кнут и пряник, — понимающе улыбнулся Пушкарёв.

Потом он повернулся к остальным членам Совета и спросил:

— Есть ли у кого-нибудь вопросы к барону Сереброву?

Тишина. Никто не хотел ввязываться — то ли из осторожности, то ли из уважения к князю.

— Хорошо. Последний вопрос, барон. Если вы станете графом — что изменится? — Пушкарёв снова повернулся ко мне.

— Империя получит верного подданного, у которого будет больше возможностей приносить ей пользу. Если вы присмотритесь, то поймёте — все мои проекты не только для обогащения. Они делают жизнь людей лучше. Простых людей, в первую очередь. Дворяне сами могут о себе позаботиться, — ответил я.

Князь смотрел на меня несколько секунд, потом неожиданно улыбнулся.

— Вы мне нравитесь, барон. Молодой, амбициозный, но при этом — не глупый. Умеете держать удар и отвечать на неудобные вопросы.

— Благодарю, ваша светлость, — вежливо кивнул я.

Так я и думал, всё это была проверка. Пушкарёв решил поставить меня в неудобное положение и проверить, как я себя поведу. И, похоже, его вполне удовлетворили как мои ответы, так и моё поведение.

— Не благодарите раньше времени. Я ещё не закончил, — сказал Богдан Романович и поднялся.

Он обвёл взглядом членов Совета и громко произнёс:

— Господа, я удовлетворён ответами барона Сереброва. Полагаю, он достоин графского титула. Если у кого-то есть возражения, лучше озвучьте их сейчас!

Снова тишина.

— Принято единогласно. Канцелярия, подготовьте прошение в столицу. Отправить сегодня же.

— Слушаюсь, ваша светлость, — ответил секретарь.

Пушкарёв встал и протянул мне руку.

— Поздравляю, барон. Точнее — будущий граф. Надеюсь, вы не разочаруете.

— Ни в коем случае, ваша светлость, — кивнул я.