Книга Лекарь из Пустоты. Книга 5, страница 46 – Александр Майерс, Алексей Ермоленков

— Им нужно больше времени на восстановление. Эликсир даёт резкий всплеск, но потом идёт откат, — заметил один из полковников комиссии.

— Это можно скорректировать дозировкой, — возразил Маслов.

— Но если её уменьшить, показатели также упадут, разве нет? И какой в этом смысл? Тогда уж лучше использовать эликсир графа, в отсутствии побочных эффектов которого мы уверены, — произнёс генерал Савельев.

— Не будем торопиться с выводами. У нас впереди ещё полтора дня, — Усов глянул на часы.

Я мысленно усмехнулся. Что, теперь Константин Егорович не против, чтобы испытания шли все положенные три дня?

После обеда солдаты немного отдохнули и перешли к рукопашному бою.

Солдаты под «Авангардом», как и вчера, дрались слишком жёстко. Слишком зло. Спарринг — это учебный бой, там есть правила. Но они били так, будто перед ними враги.

Один солдат сцепился с противником из группы «Бойца». Обмен ударами, захват, бросок. Нормальный спарринг.

А потом он оказался сверху и продолжил бить. Уже лежачего. Уже поднявшего руки в знак сдачи.

— Стоп! Стоп, твою мать! — закричал инструктор.

Двое офицеров оттащили солдата. Он вырывался, бешено вращая глазами, и орал что-то нечленораздельное.

Его скрутили и увели. Пострадавшего отнесли в медпункт — он получил тяжёлый нокаут, а кровь из рассечённой брови лилась ручьём.

Вся комиссия, не сговариваясь, посмотрела на барона Маслова. Тот поправил свой васильковый галстук и выдавил улыбку.

— Это… это единичный случай. Боец оказался психически нестабильным, вот и всё.

— Этот боец прошёл все проверки перед испытаниями. Он служит в Преображенском полку три года. Никаких нареканий, — холодно заметил Савельев.

— Значит, стресс от испытаний… — пролепетал Антон Владимирович.

Я шагнул к нему:

— Стресс? Барон, ваш эликсир вызывает немотивированную агрессию. Это было заметно ещё вчера. Сегодня — стало очевидным.

— Вы преувеличиваете!

— Один солдат только что едва не убил другого. Это преувеличение? — я указал рукой на площадку, где инструкторы засыпали песком лужу крови.

Маслов открыл рот, чтобы возразить, но Усов положил ему руку на плечо.

— Достаточно, барон. Инцидент зафиксирован, разберёмся.

— Господа, предлагаю прервать испытания и обсудить ситуацию, — Савельев поднял руку.

— Хорошо, идёмте, — пробурчал Константин Егорович и первым направился в командный пункт.

Совещание комиссии затянулось на два часа.

Мнения разделились. Часть офицеров, включая Савельева, выступали за «Бойца». Стабильнее, безопаснее, предсказуемее. Побочные эффекты минимальны.

Другая часть, во главе с Усовым, настаивала на «Авангарде». Да, есть проблемы, но результаты в моменте выше.

— Инцидент на спарринге — единичный случай. Нельзя по одному бойцу судить обо всём эликсире, — упорствовал Усов.

— Это не единичный случай. Вчера трое получили замечания на спарринге за чрезмерную жестокость. Сегодня — едва не случилось убийство. Это уже тенденция, — возразил я.

— Тенденция? Два дня испытаний — и вы говорите о тенденции? — фыркнул Константин Егорович.

— Именно поэтому я настаивал на полном цикле. Три дня — минимум для выявления побочных эффектов, — спокойно ответил я.

Советник Глебов, который до этого молчал, поднял руку. И все опять сразу же замолчали.

Но теперь я уже знал, в чём дело. Навёл вчерашним вечером справки. Оказывается, Анатолий Петрович был женат на племяннице самого министра обороны, и поэтому обладал немалым влиянием на последнего.