Книга Лекарь из Пустоты. Книга 5, страница 78 – Александр Майерс, Алексей Ермоленков

Российская империя, город Санкт-Петербург, Васильевский остров

Клиника барона Мещеринова располагалась в старом доходном доме — пятиэтажное здание с облупившейся штукатуркой и скрипучей лестницей. Вывеска над входом выглядела новой, но это только подчёркивало убогость всего остального.

Приёмная была пуста. Ни секретаря, ни пациентов. Только несколько стульев вдоль стены и столик с прошлогодними журналами.

Барон вышел мне навстречу — немолодой мужчина с грустными, как у спаниеля, глазами и сединой в волосах. Аккуратно, но бедно одетый, он при виде меня распахнул рот.

— Граф Серебров? Не ожидал такого визита, — он говорил осторожно, с еле заметной настороженностью.

— Простите, мы знакомы? — я даже немного растерялся.

— Нет-нет, лично не встречались… Но я слышал о вас. Прошу, проходите. Чем могу помочь?

Мы прошли в кабинет, где я уселся на потёртый кожаный диванчик.

— Чай? Кофе? — предложил Илья Иванович.

— Кофе, если не сложно.

Илья Иванович засуетился, поставил на стол вазочку с конфетами, принялся возиться с чайником. Я тем временем осмотрелся. Кабинет маленький, но чистый. На стенах — дипломы и сертификаты, некоторые с пожелтевшими от времени рамками. Фотографии — Мещеринов с пациентами, с коллегами, на каких-то церемониях. На одной фотографии я заметил здание с вывеской «Клиника И. И. Мещеринова».

— Это ваша старая клиника? — спросил я.

Барон обернулся. Его взгляд потеплел — и тут же погас.

— Нет, я лишь арендую несколько комнат, пока позволяют. Когда кто-нибудь захочет его купить или появится арендатор на всю площадь, меня выставят отсюда.

Он поставил передо мной чашку и сел напротив.

— Вы ведь не просто так пришли, граф. Что вам нужно? — поинтересовался он.

Я подул на кофе, сделал глоток и поставил чашку. Паршивый растворимый напиток, я от такого отвык ещё в прошлой жизни.

— У нас с вами общий противник, Илья Иванович.

— Белозёров, — скривился Мещеринов.

— Да. Мне сказали, что у вас с ним своя история.

— История. Да, можно и так сказать, — барон горько усмехнулся.

Он потёр подбородок, собираясь с мыслями, потом глубоко вздохнул и произнёс:

— Десять лет назад у меня была лучшая клиника на Васильевском. Не самая большая, но репутацию мы поддерживали безупречную. Специализировались на сложных случаях, тех, от которых другие отказывались. Клиенты шли, я даже планировал расширяться.

— Что же случилось? — уточнил я.

— Белозёров случился. Точнее, его люди. Они пришли с предложением продать клинику. За половину реальной стоимости.

— И вы отказались.

— Конечно, отказался! Это было дело моей жизни. Я строил его двадцать лет! — почти выкрикнул Мещеринов и снова тяжело вздохнул. — Простите, ваше сиятельство. Эмоции.

— Всё в порядке, я понимаю, — успокоил его я.

Барон посмотрел за окно. Поправил воротник рубашки и продолжил, не глядя на меня:

— Через неделю начались проблемы. Сначала — проверки. Санитарные, налоговые, пожарные. Находили нарушения там, где их не было. Выписывали штрафы, угрожали закрытием.

— Знакомая тактика, — хмыкнул я.

— Потом начались жалобы. Бывшие пациенты вдруг вспомнили, что я их «неправильно лечил». Появились публикации в интернете и СМИ. Репутация, которую я строил годами, рассыпалась за месяцы, — голос Мещеринова дрогнул то ли от грусти, то ли от злобы.