Книга Лекарь из Пустоты. Книга 7, страница 64 – Александр Майерс, Алексей Ермоленков

А вот пятый…

Старинный особняк на Петровском острове, построенный в начале девятнадцатого века. Классический стиль, три этажа, собственный сад и пирс на Неве. Когда-то принадлежал роду баронов Ольшанских.

Я о таком роде не слышал, но это неудивительно — он разорился и угас лет пятнадцать назад. Последний барон умер без наследников.

Я рассматривал фотографии. Особняк был великолепен — благородные пропорции, изящный фасад, ухоженная территория. Именно то, что нужно для главы солидного рода. А я, без лишней скромности, уже вполне мог назвать себя таковым.

Позвонил Василию и уточнил:

— Кому сейчас принадлежит бывший особняк рода Ольшанских?

— О, я так и знал, что вы обратите на него внимание граф! — рассмеялся Вася.

— И что в этом смешного?

— А вот сейчас я отвечу на ваш первый вопрос, и вы поймете. Нынешний владелец… барабанная дробь… барон Вячеслав Карташов! — воскликнул Василий.

Я усмехнулся. Карташов, значит. Ближайший вассал Белозёрова, если не считать списанного со счетов Ельцова. Барон, который связан с криминалом и находится под покровительством своего тестя-прокурора, на которого Валерий прямо сейчас собирает компромат.

— Интересно, — протянул я. — Как это Карташов смог позволить себе такой особняк?

— Вот и мне интересно, ваше сиятельство. Судя по документам, он приобрёл его десять лет назад. Официальная цена сделки — смехотворно низкая, — ответил Вася.

— Передай-ка Шраму, пусть выяснит, как именно Карташов получил этот дом. Ну и сами найдите, что сможете, — велел я.

— Нет проблем, ваше сиятельство! — отчеканил Василий.

Шрам взялся за дело со свойственной ему основательностью.

Он отправил в Петербург нескольких своих людей — как ветеранов из отряда Киреева, так и Витька с другими пацанами. В смысле сотрудниками службы безопасности рода. Перед ними стояла задача аккуратно собрать информацию: поговорить со старожилами района, покопаться в архивах и пообщаться с представителями криминала, которые тоже могли знать что-нибудь интересное.

Именно Витёк и его ребята нашли бывшую экономку Ольшанских. Старушке было уже за восемьдесят, и она жила в доме престарелых на окраине города, но память всё ещё оставалась при ней.

— Что она рассказала? — спросил я у Богдана, когда он пришёл с отчётом ко мне в кабинет.

— Что последний барон Ольшанский не продавал особняк добровольно. Его заставили. Приходили какие-то люди, угрожали, требовали подписать бумаги. Барон сопротивлялся, но потом вдруг сдался. Через месяц он умер — официально от сердечного приступа, — ответил Шрам.

— Документы проверили?

— Да, Ефим отыскал где-то в архивах копии. Договор купли-продажи оригинальный. Это не подделка. Все печати и подписи на месте. Сделка полностью легальная. А вот каким методом была получена подпись и печать Ольшанского, остается под вопросом.

— То есть Карташов, выражаясь простым языком, отжал особняк у законных владельцев? — подвёл итог я.

— Именно так, но факт продажи зафиксирован, и прежних владельцев больше нет в живых, поэтому доказать, что особняк был отжат, невозможно. На бумаге все законно, не подкопаешься, — кивнул Богдан.

Я откинулся на спинку кресла. Это было даже лучше, чем я ожидал.

— Продолжайте копать. Мне нужно всё, что можно найти, — приказал я.

— С удовольствием, — оскалился Шрам.