Книга Лекарь из Пустоты. Книга 8, страница 86 – Александр Майерс, Алексей Ермоленков

Иван вытащил из-за пазухи приготовленный артефакт и бросил его в туман. Артефакт активировался и всосал в себя красную мглу, после чего будто ожил, принявшись прыгать по земле.

— Ложись!

Артефакт взорвался, как граната, раскидав осколки во все стороны.

Но это оказалось только начало. Мятежники вылезли с обеих сторон дороги, вооружённые автоматами и мечами. Мечи эти назывались икакалака и выглядели жутко — широкий клинок к концу становился ещё шире и распускался чудовищным полумесяцем.

Оставленные такими мечами раны было тяжело лечить. Особенно учитывая, что мятежники дополнительно смазывали их ядом или зачаровывали магией крови.

Иван почти сразу оказался по уши в работе.

Первым принесли гвардейца по фамилии Егоров. Он лишился амулета, и заклинание пробило живот насквозь — вошло под рёбра, вышло через спину, оставив рваную дыру.

Иван опустился на колени рядом с ним. Остановил заклинанием кровь, осмотрел рану и понял, что она слишком серьёзная. Обычными техниками лечить её надо будет часа два. А раненых с каждой минутой становится всё больше.

«Ну, ты же хотел попрактиковаться. Вот и практикуйся», — сказал Курбатов самому себе.

Он сосредоточился и применил на Егорове технику гибридного шва. В хаосе боя это оказалось сделать далеко не так просто, как в тихом учебном зале.

Но всё же получилось.

Рана никуда не делась, однако боец пришёл в сознание.

— Я жив? — прохрипел он.

— Да. Отомсти тому ублюдку, который тебя ранил, — ответил Иван.

— С радостью! — Егоров, невзирая на дыру в животе, подскочил и снова бросился в бой.

Курбатов хмыкнул. Работает даже лучше, чем он ожидал. Гвардеец не чувствовал боли, шока не было, рана не оказывала никакого влияния на ауру и общее состояние организма.

Конечно, рану потом всё равно придётся исцелять, но это будет потом. А сейчас гвардеец мог сражаться.

Бой меж тем затягивался.

Один грузовик уже горел, часть местных солдат в панике бежала, когда снова показался кровавый туман. Они знали, что стоит его вдохнуть — и умрёшь в страшных мучениях.

Иван без конца лечил раненых. Кому-то хватало обычных заклинаний, на кого-то он накладывал гибридные швы. На одном гвардейце пришлось применить стандартную технику Эстебана — иначе он бы скончался от кровопотери.

А враги всё прибывали и прибывали.

— Матвей! Надо отступать! — крикнул Иван, оценив положение.

Старший брат, который продолжал поливать мятежников огнём, бросил на него короткий взгляд и кивнул.

— Отходим! Точка-два! — приказал он.

Точка-два — это был заброшенный колониальный форт в трёх километрах к западу. Так себе укрытие, но лучше, чем ничего.

Организованное отступление — не то же самое, что бегство. Но отступать и одновременно сражаться, наверное, ещё тяжелее, чем просто бежать.

Ни Иван, ни кто-либо из гвардейцев Курбатовых этого не знал. Потому что гвардия их рода никогда не бежала от врага.

Мятежники преследовали их какое-то время, но очередной огненный торнадо от Матвея заставил их задержаться. Поэтому гвардейцы и те местные, что не сбежали, получили возможность уйти.

К закату они добрались до форта. Он выглядел… ну, как и должны выглядеть руины. Каменные стены местами обрушены, ворот нет, во дворе трава по пояс и обглоданный череп антилопы.

Уцелевшие машины завели во двор. Для БМП выкопали окопы перед стенами и загнали их туда. Потому что мятежники, судя по всему, продолжали идти по пятам.