Книга Пипец Котенку! 2, страница 21 – Александр Майерс

Сейчас разберёмся.

— Ярослав, привет! — завидев меня, Светик подбегает и целует в губы.

— Привет, красотка. Я печеньки принёс, — вручаю девушке кулёк с сахарным печеньем из «Кузнецких сластей». — Добрый вечер, ваша светлость.

— Добрый, — сидящий в кресле Бернард зыркает на меня исподлобья. — Ну и что ты скажешь в своё оправдание, партнёр?

Светочка, не желая вмешиваться в мужской разговор, уходит в другую комнату. Оттуда и доносится умопомрачительный запах чего-то мясного.

— Вы о том, что я работников уволил? Так ведь быдло поганое. Хотели напасть на нас со Светой. Не переживайте, я уже других нанял, — протягиваю Хенриковичу договор со строительной фирмой.

Тот смотрит на бумагу, хмыкает и говорит:

— Мы договорились, что ты не будешь лезть в дела.

— Знаю, знаю. Простите, это был первый и последний раз. Не мог же я оставить на работе тех, кого прошлым вечером избил и заставил заблевать всю улицу.

— Да уж, конечно, не стоит, — бурчит Бернард, скрещивая руки на груди. — Ты, главное, с новыми работниками так же не поступи.

— Ну, если не будут бухать под окнами и прыгать на меня, не поступлю. Вы на ужин останетесь? Кажется, Светик в соседней комнате целую кухню организовала.

— Так и есть, — кивает датчанин. — Умница девочка. Сходи, посмотри.

— Ага.

— Погоди секунду, — тут же останавливает меня Бернард. — Скажи-ка, что у тебя с Маргаритой Ротановой?

— С секретаршей директрисы? Да ничего, — пожимаю плечами.

— Спрашивает про тебя, интересуется, куда поехал, чем занимаешься, — нахмурившись, говорит тренер. — Я на всякий случай сказал, что не знаю, где ты и что ты.

Молча киваю и выхожу. Само собой, Ротановы вряд ли простят мне уничтожение родового артефакта… Похищение, верней сказать. Кто-то из них может знать про Люсиль.

Ну да ладно, я не против пободаться. Пусть найдут меня. Или, если будет время, найду их первым.

Ого! А Светочка времени зря не теряла. Вчера комната напротив нашей была пустой, а теперь здесь висит несколько кухонных шкафчиков, стоят ещё не разобранные коробки с посудой и сумки с едой. А главное, стоит макровая плитка, на которой позвякивает крышкой большая кастрюля, а рядом шкворчит сковорода.

Света, как заправская хозяюшка, хлопочет у плиты в новом красивом фартуке.

— Моё ты золотце, — подхожу и целую её в шею. — Неужто на всё это хватило триста рублей?

— На это хватило, а на холодильник уже нет. Плита дорогая, но зато очень удобная, не то что в дровяной печи. Ещё доставку оплатила и грузчиков… Ты же не против?

Вместо ответа просто разворачиваю девушку к себе и страстно целую. Светочка с удовольствием отвечает на поцелуй, но потом вырывается:

— Тренер же здесь! — шепчет она.

— Ну и что, мы быстренько…

— Давай потом, — улыбается девушка и мягко выбирается из объятий. — И сходи в душ, пожалуйста, от тебя конём воняет.

Смеюсь и легонько хлопаю Свету по упругой попке.

— Ладно. Что готовишь-то?

— Гороховый суп с рёбрышками и жаркое. Ты же такое любишь?

— Буду есть всё, что ты приготовишь, солнышко.

Моюсь, и затем ужинаем. Мы с Бернардом в один голос нахваливаем Светину стряпню, и вполне заслуженно. Что суп, что жаркое получились обалденными.

Похоже, я не зря согласился взять девушку с собой. Можно, конечно, питаться в кафе и подножным кормом, но всё-таки приготовленная с любовью домашняя еда куда лучше.