Книга Во власти Скорпиона. Начало, страница 80 – Александр Майерс, Гриша Громм

Собираюсь войти в дом, как на пороге с виноватым видом появляется Оленька.

— Что опять? — удивляюсь я, чую, не просто так она выбежала.

— Тут это…

— Не томи, солнышко, я с дороги жутко устал.

— В подвале господин Свиридов, — выпаливает служанка.

Несколько секунд вспоминаю, что это за перец.

— Это тот коллекционер? — спрашиваю спокойно.

Оленька кивает.

— И какого чёрта он там забыл?

— Тут такое дело…

И она вываливает на меня всё, что у них произошло. Слушаю и думаю — лучше бы налысо побрился, а то волосы на голове шевелятся. Мало мне было проблем, теперь ещё и этот олух в моём подвале.

— Хвалю за бдительность, — еле сдерживаюсь, чтобы не хохотнуть. — Но в следующий раз тупо не впускайте никого в дом, когда меня нет. Договорились?

Оля кивает, а я задумываюсь.

Ну вот, теперь надо ещё и с этим человечком разобраться. Список дел растёт быстрее, чем я успеваю их вычёркивать.

Делаю глубокий вдох ночного воздуха и иду в дом. Война на всех фронтах. И отступать некуда. Но продолжу-ка я придерживаться правила — по одной проблеме за раз.

Спускаюсь в подвал. Сыро, темно, затхлый запах бьёт в нос, заставляя меня поморщиться. У двери, за которой сидит Свиридов, стоит гвардеец с карабином. Киваю ему, он отходит в сторону.

Открываю железный засов, который громко лязгает в тишине. Тяну дверь на себя и упираюсь в решётку.

— Граф? — щурясь, спрашивает Фёдор, как там его по батюшке.

— Граф, граф, — киваю я. — Чт…

— А ну, немедленно выпустите меня! — вопит пленник, перебивая меня.

Он вцепляется в прутья и верещит как резаный, аж уши закладывает. Пытаюсь вставить хоть слово, но он продолжает угрожать судами, оглаской и своим положением. Последние не знаю при чём тут, не такое уж у него и высокое положение, мог бы и промолчать на этот счёт.

— Го… — начинаю я, но он снова орёт.

— Я буду жаловаться самому импера…

— А ну, молчать! — гаркаю на него и бью кулаком о решётку.

Тишина наступает звенящая — отрада для моих ушей.

— Я только с дороги, устал и хочу спать. Так что советую быть спокойнее, а то перенесу разговор на утро. Или на послезавтра. А то могу и на неделю про тебя забыть.

Фёдор Свиридов плюхается прямо на пол, прислоняется к стене и вздыхает.

— Ну что, коллекционер, — говорю я. — Мы поняли друг друга?

Он молчит, только глаза горят ненавистью в полумраке. Дышит тяжело, как бык перед атакой.

— Я здесь по ошибке! — вырывается у него. — Вы не имеете права! Я свободный подданный империи! Меня будут искать!

— Будут, — соглашаюсь я. — Но найдут нескоро. Если вообще найдут. Так что давайте-ка поговорим по-хорошему. Зачем вы пришли в мой дом? Чего хотели?

— Я уже говорил! Антиквариат! Я коллекционер!

— А кинжал с собой принёс для оценки имущества? — позади меня раздаётся ехидный голос Оли.

Она стоит на нижней ступеньке лестницы, в руках у неё — тот самый тонкий, изящный кинжал с резной рукоятью, который они забрали у Свиридова. Она принесла его из сейфа и протягивает мне. Лезвие отливает холодной сталью.

— Это… для защиты! — бормочет Свиридов, но голос его дрожит. — Дорога неспокойная!

Ой, не верю я ему.

— Кинжал ритуальный, — спокойно говорит Оля. — На клинке гравировка — символы кровного заклятия. Для сбора крови. Я такие в книгах видела.

Чуть глаза на лоб не лезут. Горшки-пирожки точно не для этой девчонки! Вот это осведомлённость — я в шоке и восторге одновременно.