Книга Во власти Скорпиона. Большая игра, страница 84 – Александр Майерс, Гриша Громм

Я молчу, обдумывая услышанное. Схема простая, но эффективная. Жертву сначала расслабляют, потом раскручивают на азарт, потом добивают. И всё выглядит как честная игра, как невезение, как собственная глупость.

Но я не мой отец. И не муж Спинороговой.

— Кто стоял за этим? — спрашиваю я. — Кто организовывал?

— Кривошеев, — отвечает она без колебаний. — И Пересмешников. Они работают вместе уже много лет. Кривошеев находит жертв, Пересмешников обеспечивает юридическое прикрытие. Когда долги переходят к ним, всё оформлено так, что комар носа не подточит.

— А «Ворон и сыновья»?

Она вздрагивает.

— Откуда вы всё это знаете? — удивляется она.

— Они тоже в деле?

— Они… — она запинается. — Они занимаются грязной работой. Скупают расписки, давят на должников, организуют подставные аукционы. Если Кривошеев и Пересмешников — это голова змеи, то Вороны — её зубы.

Картина складывается. Целая сеть, работающая слаженно, как хорошо смазанный механизм. И я собираюсь сунуть в этот механизм лом.

— Спасибо, Александра, — говорю я. — Теперь я знаю, чего ожидать.

— Вы собираетесь играть с ними? — в её голосе — смесь тревоги и чего-то похожего на надежду.

— Собираюсь. И собираюсь выиграть. Они ответят за то что сделали с моей семьёй и с вами.

— Полагаю, вы знаете, что и я попалась на уловку, когда была в нужде? — спрашивает баронесса, гордо поднимая голову.

Киваю в ответ и думаю, что Александра вовсе не так глупа, как считает Пересмешников. Да, она попалась, но поняла это. Просто сделать ничего не смогла. И я намерен это изменить.

Спинорогова смотрит на меня долгим взглядом. Потом слегка улыбается.

— Если вам нужна моя помощь — любая — только скажите.

— Скажу. Обязательно скажу.

Провожаю её до двери. На пороге она оборачивается.

— Граф… Уничтожьте их. За меня. За отца. За всех, кого они обобрали.

— Уничтожу, — обещаю я.

И это не пустые слова. У меня даже уже есть план.

Следующее утро начинается с тренировки. Даниил ждёт во дворе — неподвижный, как статуя, со шпагой в руке.

— Вы опоздали на три минуты, — говорит он вместо приветствия.

— Тяжёлая ночь.

— Тильгенову будет всё равно, какая у вас была ночь. Ему это лишь на руку.

«М» — мотивация от Ужина….

Берусь за шпагу, становлюсь в позицию.

— Сегодня работаем над защитой, — объявляет Даниил. — Тильгенов атакует агрессивно, быстро, не даёт противнику опомниться. Ваша задача — выдержать первый натиск и найти брешь.

Он атакует без предупреждения. Шпага свистит, я едва успеваю отбить. Отскакиваю, он наступает. Ещё удар, ещё. Я пячусь, защищаюсь, ищу момент для контратаки.

И вдруг что-то щёлкает. Тело само уходит в сторону, шпага описывает дугу, и остриё замирает в сантиметре от горла Даниила.

Он отступает, чуть склонив голову.

— Неплохо. Что это было?

— Не знаю, — честно отвечаю я. — Само получилось.

Физическая память Севы — уверен на все сто. Прежний владелец этого тела однозначно учился фехтованию. Движения записаны в рефлексах. Нужно только разбудить их.

— Ещё раз, — кивает Даниил.

Мы повторяем. Снова и снова. К концу тренировки я весь мокрый от пота, руки дрожат, но двигаюсь уже увереннее. Тело вспоминает. Это радует.

— На сегодня достаточно, — говорит Даниил. — Завтра продолжим. Дуэль уже скоро. Времени мало, но шанс есть.