Книга Иван — укротитель драконов, страница 58 – Александр Майерс, Евгения Кец

Перекусываю хлебом и сыром. У последнего интересный вкус. Не из коровьего молока, это точно. Стараюсь не думать, чьё может быть молоко. Вкусно, и ладно.

К утру мазь готова. Вместе с ней Фисс выносит две маленькие шкатулочки с пилюлями.

— У меня получилось, — гордо говорит он.

— Это чтобы Дрейк мог менять размер? — уточняю.

— Именно! — эльф открывает коробочки. — Белые для роста, зелёные для уменьшения. Не перепутайте! Ну, и следите за побочными эффектами. Они могут быть.

— Спасибо. Вы настоящий мастер.

— Это мы сейчас проверим… Сивка, дорогая, позвольте снять это тряпьё с вашей прекрасной головки. Мазь нужно мазать на лоб.

Лошадь подходит к алхимику. Тот мажет толстый слой желтоватой мази ей на лоб и падает на стул. Глядит на гнедую, как ребёнок в ожидании чуда. Я тоже замер, даже не дышу. Волнительно.

— Да чего вы так пялитесь, — говорит вдруг Сивка и перепугано ржёт. — Кто здесь?! Кто это сказал?!

— Ты, — смеюсь. — Ты это сказала.

Когда Сивка привыкает к тому, что теперь может говорить, начинаю её расспрашивать. Фисс утверждает, что мазь действует недолго, максимум полчаса, поэтому торопимся.

— Всем привет, — Дрейк, свернувшийся клубочком на столе, наконец-то просыпается. — Ух ты, мы уже у дяди Фисса.

— Привет, Дрейк, — мелодичным голосом здоровается Сивка.

— А-а! — подскакивает дракончик. — Говорящая лошадь!

Бедняга спросонья не узнал подругу и перепугался. Даже для огнедышащего ящера удивительно, что лошадь разговаривает. Но скоро он понимает, что к чему, а Фисс приносит миску жареных гусиных сердечек. Дрейк набрасывается на угощение, а мы возвращаемся к разговору с Сивкой.

— Где ты видела принцессу? — спрашиваю самое важное.

— Не помню, — хлопает большими глазами гнедая.

— И ради этого «не помню» мы целый день потратили? Как так? — возмущаюсь. — Хоть что-то ты должна помнить! Может, ты возила её?

— Вроде нет…

— В королевском замке бывала?

— В замке бывала, — кивает лошадь. — Меня там и продали.

— Кто продал?

— Та эльфийка, что была с королём. Невысокая такая. Я её боюсь, сама не знаю, почему… Поэтому и убежала. И тогда, в трущобах, тоже её увидела.

— Хм.

Задумываюсь. А ведь точно — когда Сивка убежала от лачуги Глима, там была какая-то невысокая девушка в капюшоне. Лица я не разглядел, но раз гнедая говорит, что это была принцесса — то, наверное, так и есть.

Только, что королевская особа забыла в таком злачном месте? Подозрительно.

— Не нравится мне это, — говорю. — Надо разобраться. А то уж больно настойчиво принцесса тобой интересовалась. И орки эти… что-то тут неладное.

— Да, Иван, вы правы, — задумчиво добавляет Фисс. — Дворяне просто так ничего не делают. А чтобы продать столь прекрасную лошадь, должен быть веский повод. Дело явно не в деньгах — уж в них-то Её Высочество Иримэль не нуждается.

— Может, ты видела, что случилось с наследницей? Вдруг младшая сестра замешана в её исчезновении, поэтому тебя и продали… Что последнее ты помнишь?

Сивка задумывается.

— Яркую вспышку, — отвечает. — Как будто взорвалось что-то… А потом… Потом, как Иримэль ведёт меня на конюшню и продаёт какому-то крестьянину.

— Угу, — киваю. — Значит, точно замешана. А до этой вспышки помнишь что-нибудь?

— Не уверена, — качает головой гнедая. — Конюшню вроде помню, других лошадей… и наследницу. Только волосы распущенные.