Книга Чернобуров #2 - Таежные войны, страница 60 – Александр Майерс

— К сожалению, салон «Великий» нам не по карману, — сказала Юлия.

— Все впереди, — ответил я, кивая на окно, у которого она стояла. — Скоро ваши новые оранжереи начнут приносить доход, и род Иволгиных станет богаче.

Юля ничего не добавила и отвернулась. От меня не укрылось, как блеснули ее глаза и губы тронула улыбка, когда она взглянула на Костю.

Ну что ж, я выбрал самое время, чтобы отойти в сторону. Да и в целом Иволгина изначально не была ко мне расположена.

Вскоре спустилась мама — в облегающем синем платье она выглядела бесподобно утонченной, впрочем, как и всегда.

Мы все проследовали в западное, ныне закрытое крыло поместья. Слуг с нами не было. Мы молча шли по темным коридорам, держа в руках свечи — только я обошелся небольшим костерком на ладони. Появилось ощущение таинственности происходящего.

Скоро добрались до заранее подготовленной комнаты. Здесь тоже горели свечи, десятки свечей, а окна были плотно зашторены. Теплый полумрак и легкий запах благовоний создавали ощущение, что мы проводим какой-то мистический ритуал. Впрочем, почти так оно и было.

Костя, который шел последним, закрыл дверь. Он считался кем-то вроде распределителя церемонии — мягко указал, где кому встать, и попросил тишины. Хотя и так все молчали.

Костя взял приготовленную родовую книгу, перо и чернильницу. По старой традиции в книге писали только пером. И оно, и чернила были напитаны магической энергией, и оставленные ими записи обладали силой.

На страницы хроники вносились только самые значительные события, имеющие отношение к Чернобуровым. Рождение и смерть членов семьи, принятие людей в слуги рода, заключение браков и союзов, и, конечно, принятие вассалов. Согласно традиции, ведение книги поручалось личному помощнику графа, то есть в данном случае Косте. До этого хронику вел его отец, а до него — его отец и отец его отца.

Константин зачем-то снял очки, положил их в нагрудный карман и серьезным тоном произнес:

— Мы собрались, чтобы услышать и засвидетельствовать вассальную клятву. Здесь и сейчас рода Чернобуровых и Иволгиных будут объединены древней магической связью, которая гораздо важнее любых документов. Прежде чем мы начнем, я хочу спросить: барон Иволгин, по доброй ли воле вы намерены стать вассалом графа Чернобурова?

Мальчик, кажется, был слегка подавлен мрачностью окружения. Впрочем, как и все.

— Да, — ответил он.

— Юлия Михайловна, как старшая сестра и опекун, подтверждаете ли вы его слова?

— Да, — ответила Юля. — Но я хочу добавить, что такой была воля нашего покойного отца и самой Иволги. Мы лишь подчинились ей.

— Может показаться, что уже поздно, но нет, — вынужден был вмешаться я. — Откажитесь, если не желаете давать клятву.

Юлия вздернула подбородок и собиралась, кажется, ответить что-нибудь колкое. Но тут Володя шагнул вперед и воскликнул:

— Нет! Такова моя воля, — со всей возможной для ребенка твердостью сказал он. Тут же засмущался и чуть сбивчиво добавил: — Мне еще мало лет, но я уже барон. Папа сказал, я должен нести ответственность за семью. Он хотел, чтобы мы стали вассалами графа, но сказал, чтобы я решал сам. И я решил!

Юля обомлела и не осмелилась ничего добавить, только молча положила ладонь на плечо брата. А я глубоко кивнул Владимиру и сказал: