Книга Системный дед 1, страница 63 – Илья Ангел

— Может хватит уже, Илья Владимирович? Там, похоже, прошли уже все, последние два раза всего по нескольку десятков собираем. — Робко уточнила девчушка с ярко синими волосами.

— А ты чего, блин, такая синяя? — Прекратил я пытаться выбраться из-под стола своими силами и, вспомнив о телекинезе, вытащил себя из-под него за шиворот, как Мюнхгаузен из болота. — Ты вчера такая же была? Как тебя там…

— Я Дана, Илья Владимирович. Я вам на руке написала, вон там на тыльной стороне. — Потупила глаза невысокая, но, на удивление, складно сложенная девушка. — Да, я вчера тоже с такими волосами была. Вы, если не помните, то обещали мне еды дать, если я коробки таскать буду. Я еще мало сделала? Просто я работаю-работаю, уже и новый день начался, у меня вот даже мозоли появилась до крови, и вообще…

— Так, а ну язык прикусила, пигалица. Сейчас голову мне сломаешь. — Прервал я ее набирающее энтузиазм выступление, чувствуя, как мир перед глазами закружился, и я начал терять сознание. — Значит, хватит уже на сегодня, а то по паре десятков уже собираем, иди отдохни, покушай там…

Бам. Бам. Бам. Пушечными выстрелами, раздирая голову, звучали какие-то громкие и ужасно выводящие из себя удары чего-то железного.

— Что за… — Начал было я, приподняв голову с кровати, на которую, видимо, меня перенесла Дана, пока не осознал картину, которая буквально вмиг заставила забыть о шуме в голове и желании спать. Эта, не побоюсь этого слова, особа, пыталась распилить банку консервов огромным самурайским мечом.

— Ты что творишь, малахольная? Чего ножичек-то такой маленький взяла? Давай я тебе за бензопилой сбегаю, она и погромче будет, не придется напрягаться чтобы меня разбудить. — Прокряхтел я, начиная подниматься, ибо лежать после такого было выше моих сил. — Господи, я тебе какое такое зло страшное сделал, что ты мне даже помереть спокойно не дашь?

— Я очень кушать хочу. — Уселась она на землю возле стола, шмыгая носом и вытирая рукавом слезы, одновременно собирая с пола куски из разбитых банок. — Меня еще до вас два дня не кормили, я очень-очень хочу кушать.

— Ладно, ты тупая и голодная. — Подвел я итог. — А звуки ударов тут были, это что?

— Это я сначала рубила банки, но они, видите, разлетаются. — Совсем разревелась она. — Вы простите, пожалуйста, спите, я с пола поем то, что упало.

— Ох ты, горе луковое. — Собрался я с силами и рывком резко поднял себя на ноги. Переждал минуту головокружения и, вновь сосредоточившись на Дане, продолжил. — А ну, высушила шары, собрала тут все и помыла руки, вон там в пластиковой бутылке вода чистая. А я сейчас покушать соображу. Ну или сиди и реви дальше, а я как с едой разберусь, пойду убирать за тобой. Ты же видишь, что я молод, полон сил и просто лучусь энергией. Я, как мистер проплешина из рекламы, сейчас махом тут все сверкать заставлю.

— И как же меня угораздило, с тобой связаться? — Проговорил я вслед тут же умчавшемуся метеору, что полетел за совком и веником. — Ничего после чифира и стандарта обезболивающего не помню. Архимаг-наркоман — горе в семье, блин. Главное сыну не проболтаться, как вернусь. До конца жизни будет всем рассказывать, что я, нахлеставшись чифиром, с незнакомой бабой проснулся и работать ее погнал.

Ладно, что у меня там в инвентаре. Ей, поди, после голодовки-то, так же, как и мне надо чего-нибудь легкого. Думаю, детское питание подойдет в самый раз. Ненавижу его, скорей бы мне уже мясо можно было, так елки-палки, мало того, что мне его не особо можно, так зубы еще начали шататься, того и гляди, выпадут. Так что сам, пожалуй, просто соку попью, а позже бульон себе сварю.