Книга Неведомый путь, страница 100 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

Я задумался. Кажется, начинаю понимать, почему маги объективно сильнее на Первом факультете. С ними просто занимались. С рождения до поступления в Столичную Школу магии. Медитация, изучение базовых заклинаний, родовые проклятия, история и тому подобное. Нанимали учителей, которые воспитывали детей правильно. Готовый материал, который нужно только отточить, и получится хороший маг.

Совсем другая ситуация с ребятами со Второго. Ну кто бы занимался у них дома со своими чадами? Никто. Родителям о хлебе насущном надо думать, а ребёнка всё равно в тринадцать в школу заберут, вот пускай учителя с ним и мучаются. Только вот в школе детей не очень хорошо учат. А может, и хорошо учат, просто программа рассчитана на хотя бы минимальное знание основ, а если их нет? Так может Егор не такой уж слабый маг? Может, он просто не умеет пользоваться своей силой? Нужно это проверить.

— Скажи, а можно как-то проверить, какой силой маг обладает? — я провёл пальцем по губам, с зарождающимся интересом глядя на предка.

— Конечно. Любой менталист это сделает без проблем. Ты исключение. — В глазах Григория плясали весёлые огоньки. — Ты даже свои потоки не видишь. И что у тебя с рукой?

— Упал. — Мне почему-то стало неловко от его взгляда.

— Бывает, — пожал плечами призрак.

— Ускорить процесс сращения нельзя? — с надеждой спросил я, вспоминая, что это была первая причина, почему я спешил в катакомбы.

— Тебе? Нет, нельзя. Если ты не в курсе, то практически все обычные зелья для Лазаревых — просто вода. А специальные разработки канули вместе с нашей Семьёй в Лету. Кстати, большинство убивающих, атакующих и калечащих заклинаний для тебя тоже пустой звук. Есть преимущество быть Лазаревым, правда? Ну, это в том случае, если ты не выпадешь с балкона пятого этажа, или тебя не подловят и не размозжат голову банальным кирпичом. Вот тогда да, тогда туговато придётся.

— Я не знал об этом, — хотелось выругаться и ехидно поинтересоваться, до чего ещё мои предки доэкспериментировались в своих попытках улучшить генофонд. Спрашивать я, естественно, ничего такого не стал, зато спросил о более насущном. — А почему тогда в больничном крыле мне помогли эликсиры, которые в меня вливала целительница?

— Ну потому что есть только два эликсира, которые тебе помогут в случае чего. И они самые главные, по-моему: это рассол от похмелья и обезболивающий эликсир, — Гриша запрокинул голову и засмеялся.

— Доэкспериментировались, — всё-таки буркнул я.

— Не думал, что когда-нибудь соглашусь с твоим утверждением, — предок вздохнул. — Есть преимущества в том, что твоя Семья практически всегда стояла на вершине пищевой цепочки. Но именно это делало нас любимой мишенью для некоторых… м-да, в общем, некоторых. Так что пришлось подстраховаться и сделать так, чтобы большинство ядов и проклятий на членов Семьи не действовали. То, что вместе с ядами перестали работать другие зелья — всего лишь побочный эффект, — Лазарев негромко засмеялся. Ага, всего лишь, подумаешь, какие мелочи. — Всё это было закреплено на генетическом уровне, чтобы не было утеряно потомками. Но, возможно, что где-то мы всё-таки немножко перестраховались.

— Весело, — мне в отличие от Григория смеяться совершенно не хотелось.

— Ну, что поделать, — Гриша развёл руками. — Кстати, наука весьма продвинулась вперёд, так что рекомендую попробовать лечиться в случае чего синтетиками, или как они правильно называются. Мы невосприимчивость в большинстве своём к растительным компонентам закрепляли. Казимир вроде говорил, что тот же аспирин ему прекрасно помогал.