Книга Перепутье, страница 40 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

— Дима, браслет не рассчитан на Тёмных. Я тебе об этом говорил, – Слава потёр подбородок.

— Я смотрю, в этом мире всё сделано, или чтобы Тёмные сдохли, или чтобы они не могли этим воспользоваться. Нас настолько ненавидели, что постарались как можно быстрее вычеркнуть из памяти все представления о возможностях адептов Прекраснейшей, – я только головой покачал и усмехнулся.

— Такова жизнь, – Слава развёл руками. После этого он взял мою руку и снял неработающий браслет.

— У кого ни спроси, никто не помнит, что такое Тёмные и как вести себя с одним из них, если вдруг случайно окажешься один на один в замкнутом пространстве два на два метра. А Тёмный в этот момент перестал контролировать свой дар. – Я содрогнулся, вспомнив, что осталось от бандитов.

— Что делать, плакать и молить о пощаде, – улыбнулся уголками губ крёстный. – Только вот вряд ли это поможет, если маг в этот момент перестал себя контролировать. Неважно, Тёмный он или нет. А тебя что больше задевает, что о Тёмных мало знают, или что Тёмных нельзя контролировать? – он повертел в руке браслет и насмешливо посмотрел на меня.

— Меня всё задевает. Почему ты лично со мной никогда не занимался? – я, нахмурившись, смотрел на Славу.

— Потому что ты Лазарев, – крёстный в который раз тяжело вздохнул.

— Как будто это многое объясняет, – я продолжал буравить его напряжённым взглядом. – Ты Тёмный, я Тёмный, какая разница-то?

— На самом деле огромная. Ты знал, что Лазаревы занимались селекцией и любили экспериментировать над собственными генами? – Спросил Слава, с любопытством глядя на меня.

— О да. Поверь, я знаю, что эти психопаты ещё и не такое творили. – Ответил я, закатив глаза.

— Как бы ты сейчас ни называл своих предков, в итоге вы получились очень забавными зверушками, с оригинальным набором генов. Вы абсолютно уникальные, и повторимые только в своих детях. И я понятия не имею, что в итоге твои предки намешали и на что ты способен. Такие сведения, как ты понимаешь, не предавались огласке. Только то, что вы, Лазаревы, плохо восприимчивы почти ко всем зельям, говорит о многом. Именно поэтому я настоял на твоём обучении в школе. Самое безопасное для тебя – быть рядом со мной, на виду. Я не могу тебя учить, Дим, я не знаю как. Но помочь тебе, если ты перестанешь справляться с собственной магией, мне вполне по силам. Так ты намерен вернуться в школу?

— Естественно. Зачем я ещё столько одежды покупал? – и я кивнул на чемодан, уложенный накануне.

— Тогда собирайся. Тебе в душ не мешало бы сходить. Я подожду тебя в малой гостиной. Полагаю, нам стоит позавтракать, а затем уже отправляться в школу.

— Как скажешь, – и я пошёл в ванную. Душ действительно не мешало бы принять.

В моей комнате не было больших зеркал, и я не могу сказать, идёт мне новая одежда или нет. В магазине вроде нормально всё было. Оглядев комнату, проверив напоследок, что ничего не забыл, я подхватил чемодан и спустился вниз. В малой гостиной, кроме крёстного, обнаружился дворецкий Николай.

— Ту одежду, в которой я был вчера и сегодня утром, постирать, погладить и передать господину Вишневецкому, владельцу бакалейной лавки в Твери.

— Однако, – крёстный отложил газету и посмотрел на меня с уважением.

— Что пишут? – я кивнул на газету и налил себе чаю. Подумав, намазал хлеб маслом и сел за стол.