Книга Выбор пути, страница 24 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

— Разумеется, нет, ваше высочество. Однако у нас возникла небольшая проблема, – сразу же ответил ему Гомельский. Он не сводил взгляда с ожившего Великого Князя. Но слава Прекраснейшей, в его глазах я не видел того фанатичного блеска, который был у каждого, кто встречался с этой ожившей легендой.

— Что вы хотите этим сказать? – Эд нахмурился ещё сильнее.

— Империи больше нет, ваше высочество. И появляться на людях, представившись Эдуардом Лазаревым, будет слегка, хм, неразумно, – после небольшой паузы проговорил Гомельский.

— Возможно, вы правы, – нехотя отозвался мой дядюшка. Ему ещё не было привычно, что Лазаревых нет, как и Империи. Ничего, думаю, он сможет адаптироваться, но, как я понимаю, нам всё-таки предстоит учить друг друга. – Что вы предлагаете?

— Казимир был уже не мальчиком, когда Дмитрий Александрович появился на свет. У него вполне мог быть старший сын. Которому сейчас как раз исполнилось бы двадцать восемь лет, – спокойно сообщил Гомельский. Я же непонимающе уставился на него: он сейчас так над Эдиком шутит и испытывает его на прочность, или говорит серьёзно. – Вы кровные родственники, и любой анализ ДНК это подтвердит. Даже если кто-то додумается взять анализ у покойного Казимира, он всё равно покажет близкое родство. А лёгкое расхождение в результатах можно будет списать на действие магии на останки. – Подумав, добавил Артур Гаврилович.

Только сейчас я увидел, как цвет его глаз меняется на серебряный. Такими же становятся глаза у Егора, когда он применяет свои способности эриля. Ну конечно, и почему я не удивлён.

— Я правильно понял, вы предлагаете просто легализовать Эдуарда, предоставив ему паспорт, в котором он будет носить фамилию Казимира? – с какой-то садисткой улыбкой поинтересовался я у Гомельского. А ведь я обещал, что за то «дерьмо» он мне ответит. Только не думал, что расплата наступит так быстро.

— Легализовать? – на выдохе спросил дядя Эдик. – Я что заморский фрукт, чтобы меня, Великого Князя, легализовали?

— Нет, ты можешь, конечно, явиться этому миру и так, представившись Эдуардом Лазаревым, но я думаю, тебе мало, кто поверит. Однако найдутся люди, которые могут и поверить… в то, что ты сам в это веришь, и проведёшь ты остаток жизни в комнате с мягкими стенами, разговаривая с посланниками всех известных богов. – Пояснил я, не дав Гомельскому открыть рот.

— Пусть только попробуют, – неприятно ухмыльнулся Эд.

— Тогда ты просто скажешь всем, что ты Тёмный маг, которые, по слухам, вымерли несколько сотен лет назад, и тебя просто сожгут, как еретика, на всякий случай. – Добавил я.

— Какое варварское время. – Покачал головой Эд. Он продолжал сидеть в кресле очень прямо. Глядя на него, я сам неосознанно выпрямился. К слову, Гомельский тоже подобрался, хоть ему точно было неудобно выпрямляться, сидя на диване.

— Какое есть. – Я развёл руками. – Ты же сам видел, что я не ору на каждом углу про то, что в моей семейной часовне до сих пор славят Прекраснейшую. Или ты думал, что я это делаю, потому что дегенерат, ничего не умею и скрываюсь, чтобы не позориться?

— Не выставляй меня идиотом, – Эдуард сжал губы. – Я прекрасно разобрался в том, что Империя пала. Но я и подумать не мог, что всё настолько плохо.

— Да нет, – я вздохнул. – Совсем плохо всё было лет триста назад. Тогда только за верность Семье могли вырезать весь Род, – Эдуард недоверчиво покачал головой. – Сейчас уже всё не так остро. Но лучше перестраховаться. Поэтому самым простым будет представить тебя, как моего брата и сделать тебе вполне легальный паспорт. С этим я согласен с Артуром Гавриловичем.