Книга Безумный путь, страница 101 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

— Ты же знаешь, я очень плохо на самом деле отношусь к борделям, — серьёзно ответил Эдуард. — К любым, в том числе и элитным.

— Зачем всё это? Неужели я не смогу сам…

— Дима, нет ничего более убогого, чем слюнявый подростковый секс, — покачал головой Эдуард. — В паре хотя бы один из партнёров должен знать, что вообще нужно делать, чтобы было хорошо, а не странно, убого, ужасно… Эпитеты можешь сам подобрать.

— Ты исключаешь вариант, когда у обоих первый раз и им хорошо, — снова пробормотал я, сглотнув. Кажется, я начинаю догадываться, зачем мы сюда спустились.

— Нет, это скорее исключение, которое только подтверждает правила. В нашей Семье была традиция. Никаких борделей, по крайней мере в первый раз, — сказал Эдуард, заложив руки за спину. — Сейчас я отвечаю на твой вопрос, который ты задал мне год назад. Мы не отрабатываем на практике малый призыв и изгнание демона, потому что первым призванным демоном среди юношей Семьи всегда были суккубы. Обычно это происходило в ночь совершеннолетия.

— Ты хочешь, чтобы я… — я невольно попятился к двери.

— Сейчас ты будешь проводить малый призыв, а когда тебе откликнется суккуба, то ты сначала позволишь ей тебя просветить и обучить, и лишь после этого изгонишь. Они вполне договороспособные, так что можете сразу обговорить условия и запретные темы, — сказал Эдуард, делая шаг к двери. — Теорию ты знаешь. Чтобы всё прошло гладко, всё-таки это у тебя первый раз во многих смыслах этого слова, я назову тебе имя одной из суккуб. Чтобы не было никаких неожиданностей.

— А… — начал я, но, столкнувшись с пристальным взглядом Эдуарда, замолчал. — Понятно. Призываем и начинаем просвещаться. — Я нервно хохотнул, а потом махнул на всё рукой, шагнул к пентаграмме, на ходу вытаскивая кинжал. Ну что же, приступим, и я сделал разрез, произнося слова призыва.

Мне под ноги упал клочок бумаги с написанным на нём именем, и где-то на периферии слуха я услышал, как хлопнула дверь, ведущая в ритуальный зал.

— Скармора, — выдохнул я, и капля крови упала на бумажку, которая вспыхнула чёрным пламенем, и пепел тонкой струйкой полетел к центру пентаграммы, закручиваясь в самый настоящий смерч, разрастающийся, становящийся всё больше и больше…

Завихрения пепла остановились и рухнули на пол, образуя чёткий круг, в центре которого стояла невысокая, очень красивая женщина. И только кровавые всполохи в глазах с вертикальными зрачками выдавали в ней демонессу.

— Какой хорошенький мальчик, — проворковала суккуба и втянула носом воздух, словно принюхиваясь. — Невинный, и… Тёмный? Ну, нет, я так не играю, — последнюю фразу она произнесла совершенно нормальным голосом. Сложив руки на обнажённой груди, прикрыв её от моего шального взгляда, она ещё раз осмотрела меня. — Да ещё и Лазарев. Давненько ни о ком из ваших не было слышно. Давай начистоту, что тебе от меня нужно? Потренироваться в призыве — изгнании? Считай, что выполнил все условия наставника, и отправляй меня обратно.

— Не могу, — я вздохнул. — Проблема в том, что я не все условия наставника выполнил.

— Не хочешь же ты сказать, что хочешь меня не изгнать, а попытаться унич… — она внезапно замолчала и прищурилась, а затем её губы растянулись в обольстительной улыбке. — Вот оно что. Надо же. Ваша семейка решила вернуться к своей маленькой пикантной традиции?