Книга Рискованный путь, страница 89 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

— Как всё прошло? — спросил меня Громов, как только я сел за стол, открыв блокнот. Никогда бы не подумал, что мне придётся всё записывать, чтобы элементарно не забыть что-то действительно важное. Личного секретаря что ли завести?

— Не сказать, чтобы продуктивно, — я пожал плечами. Я только что вернулся из командировки, куда отправился, чтобы в очередной раз поговорить с тем самым главарём, которого якобы хотели освободить террористы. — Всё как обычно. Эрнест не слишком разговорчив, но мне всё-таки удалось незаметно для него взломать блок в его разуме, и могу сказать одно: наложил его не просто Тёмный, а обученный менталист. И, если честно, мне не совсем понятно, зачем его вообще накладывали. Разве только для того, чтобы я задолбался его вскрывать.

— У нас есть ещё какой-то неучтенный Тёмный? — спросила Ванда, делая заметки в свой блокнот. — Или это очередной артефакт Эдуарда? Всех зарегистрированных Тёмных мы допросили. К тому же среди них нет менталистов, кроме Лазаревых.

— Эд сказал, что подобных артефактов у него не было. Слишком банально и неинтересно, — ответил я, даже не пытаясь скрыть сарказма. — Но это не значит, что никто после него ничего подобного не делал.

— Тебе что-то удалось узнать? — спросил Егор, тут же распрямляя лист бумаги и беря в руки карандаш, призывая дар.

— Ни-че-го, — произнёс я по слогам. — Вообще ничего. Он действительно не в курсе планов нашего неизвестного. Более того, то, что его вообще хотят вытащить, стало для Эрнесто большой неожиданностью, почти сюрпризом, как раз в тот день, когда я впервые к нему заявился. И да, за последние пять лет никто его не навещал.

— Нахождение тюрьмы практически исключает посещения, даже согласованные с нами, — хмуро ответил на невысказанный вопрос Громов, крутя в пальцах ручку и хмурясь.

— Кто и когда поставил блок, мне не удалось выяснить, память сильно подтёрта и изменена. Но сделано это было ещё до его заключения, — продолжил я доклад. — Похоже, его хотели как-то по-другому использовать, но потом что-то сорвалось. Скорее всего, сорвалось из-за того, что Эрнесто попался и сел на пожизненное. Кстати, его заключение скоро закончится. Выглядит он плохо, а средняя продолжительность жизни на рудниках составляет примерно восемь лет. Восемь жутких лет и очень нехорошую кончину. Поэтому я практически уверен, что мы потратили пять месяцев впустую. Кто-то отвлёк нас, уведя по ложному следу, используя эту давнюю заготовку, — подвёл я итог, срочно глядя на Андрея Николаевича. Предчувствие беды никак не хотело отступать. Я думал, что оно связано с Ромкой, но нет. Гаранин сейчас с Рокотовым, и ему ничего не грозит, а предчувствие никуда не делось, только стало сильнее.

— Наниматель кто-то из верхушки, возможно, из правительства, — чётко отрапортовала Ванда, — Я сегодня как раз начала разбирать все телефонные звонки по известным номерам боевиков, и увидела несколько подозрительных номеров. Один из них зарегистрирован на приёмную министра финансов, которого, кстати, до сих пор не назначили после отставки предыдущего, второй номер фландрийский, с него было совершенно более десяти звонков на телефон Камалёва. Что косвенно подтверждает его роль командира над этим сбродом. Я подала запрос, но, мне кажется, после всего случившегося фландрийская СБ не станет с нами работать, — сжав губы, она бросила быстрый взгляд на меня. Ну что я могу сказать, работа моих юристов закончилась грандиозным скандалом и многочисленными громкими отставками. А что поделать, думать надо было, кого арестовываете, тем более, что Андрей предупреждал Маркелова. — Я могу сходить в министерство финансов с официальным визитом? Запросить документацию, копии разговоров, звонков, записи с камер?