Книга Рискованный путь, страница 98 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

— Я растерялся.

— Растерялся он. Знаешь, сколько здесь таких, как ты? Ни одного! Ты единственный такой идиот! — я подошёл к Кристине. — Не обращай на него внимания, он очухается и снова превратится в заносчивого сноба.

— Не сомневаюсь. Спасибо, Дима, — она пожала мою руку, а я снова погладил её по голове. — Через месяц крестины, и мы надеемся, что ты станешь крёстным нашего мальчика.

— Что? — я повернулся к Лео, выразительно на него глядя. — Ты в своём уме?

— А что не так? — осведомился он, глядя на меня слегка расфокусированным взглядом.

— Да так, ничего. Когда включишь голову, мы с тобой на эту тему поговорим, — рявкнул я. — Мне надо идти, надеюсь, больше мы не рискуем потерять твоего муженька? — спросил я у Кристины.

— Надеюсь, что нет, — Кристина улыбнулась. Она больше не смотрела на меня, её взгляд был устремлён на ребёнка, которого в это время нёс к ней целитель.

Видя, что счастливым родителям резко стало не до меня, я вышел из родового зала, забрал куртку, спустился в холл и, сняв с себя больничную амуницию, под которой я здорово вспотел, вышел на улицу.

— И что это сейчас было? — задал я риторический вопрос, оглядываясь по сторонам и доставая карандаш. Артур Гаврилович просил о личной встрече, поэтому, пока выдалось немного свободного времени, я переместился сразу к входу в Первый Имперский Банк.

Я зашёл внутрь, останавливаясь возле дежурного, представляясь и обозначая цель своего визита. Меня проверили несколькими сканерами, подтвердили личность и только после этого разрешили подняться на лифте на последний этаж, где располагался кабинет моего поверенного.

— Дмитрий Александрович, я рад, что вы нашли время, чтобы встретиться со мной, — Гомельский поднялся со своего места и пожал мне руку.

— Что случилось такого непредвиденного, что не могло подождать до вечера, и потребовало встречи в стенах банка? — прямо спросил я, садясь в кресло напротив него.

— У меня две новости и обе не слишком приятные, — Артур Гаврилович прямо посмотрел на меня. — После того как были опубликованы в СМИ кадры вашей работы в том детском доме, страховщики отказываются заключать с вами какие-либо контракты, считая риск повреждений и смертельного исхода слишком великим. Это касается не только вас лично, но и Эдуарда Казимировича и Романа Георгиевича, хотя в последнем случае и до этого были накладки, учитывая сферу его деятельности, — недовольно проговорил он, хотя сам прекрасно понимал, что мы ничего пока с Ромкиной Гильдией сделать не можем.

— Как это повлияет на наши дела? — спросил я, нахмурившись.

— Напрямую. Акции уже упали на полтора пункта и продолжат падение, если ничего не предпринять, — довольно резко ответил Гомельский.

— И вы снова говорите о женитьбе? — я откинулся на спинку кресла, в котором расположился.

— Мы вас предупреждали о последствиях, — ответил Артур Гаврилович. — Ещё не поздно вернуться к договору с Рубелами. Тем более что глава их Рода всё ещё не отозвал свою копию брачного договора, видимо, на что-то надеясь. К тому же напомню, у Рубелов есть ещё одна дочь — Зоя. И её, в отличие от Марины воспитывали в определённой строгости.

— Я вас понял. Что-то ещё? — я сверлил его напряжённым взглядом, начиная осознавать, что день как-то не задался с самого раннего утра.