Книга Извилистый путь, страница 7 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

— Да, только вот девяносто четыре процента — это гораздо больше, и эта вероятность связана с её работой. Ванда полезла в самые верхи нашего правительства, и Громов, как ты помнишь, на так давно дал на это добро. Так что я был предельно честен, говоря Гаранину, что с ним похищение вряд ли связано, — Егор обвёл взглядом комнату и передёрнул плечами. — Но это совсем не вяжется с тем, что кто-то покушался на меня. Хотя я чем-то задним чую связь. Нужно всё раскинуть в тихой обстановке.

— Иди, я тебя догоню. Мне нужно поговорить с Томашем и его семьёй, — я глубоко вздохнул. — И, Егор, я беру самое сложное в данный момент на себя.

— Отправь их в Тверь, — задумавшись, проговорил Егор. — Шестьдесят пять процентов достаточно много, чтобы игнорировать эту вероятность. А похитители могут связаться с ним не только по телефону, но и лично. И это я не брал в расчёт Агнешку, которая тоже далеко не праведную жизнь вела.

— Нужно приставить к ним охрану. Я понял, — с этими словами я сжал в кулаке карандаш, перемещаясь в Ромкин особняк, где всего какой-то час назад всё семейство Вишневецких было в сборе, и, насколько мне было известно, они готовились устроить небольшой праздник в честь выздоровления Ванды и дня рождения Ромки. Да уж, не так мы все хотели провести сегодняшний вечер.

Вокруг стояла уже надоевшая темнота. Видны только очертания предметов, и то нечётко, когда глаза привыкли к этой темноте. Ванда проснулась и поморщилась от боли в боку. Дёрнула рукой, услышав знакомое бряцанье цепи и резкую боль в запястье от железных наручников.

— Да уж, спать на холодном полу не слишком полезно для здоровья, — тихо проговорила девушка, принимая сидячее положение и проводя рукой по лицу, стараясь сбросить остатки сна. Она тихо, на грани слышимости, разговаривала сама с собой последние несколько дней, чтобы хоть немного чувствовать себя увереннее. — В этом месте, в принципе, нет ничего полезного для здоровья, — выдохнула она, прислоняясь к шершавой, холодной и влажной стене спиной. — Я должна верить в них. Они не могли меня бросить, — прошептала она и закрыла глаза.

Ванда не знала, сколько прошло времени, когда её вытащили четверо хорошо обученных наёмников из номера отеля. С ней никто не разговаривал, кроме первого дня, когда с ней познакомился босс, как называли его её надсмотрщики. И то, ей завязали глаза, и она могла слышать только его голос, который был ей совершенно незнаком. Ванде главный так и не сказал, зачем она им была нужна. Только обмолвился, что если она будет вести себя хорошо, а нужный им человек выполнит все поставленные условия, то её отпустят в целости и сохранности, даже закрыв глаза на то, что она убила двух человек в номере отеля: одного прямым ударом стилетом в шею, второй погиб сам, схватившись за отравленную заколку голыми руками, когда пытался вытащить её из шеи приятеля.

А потом начались эта сырость и темнота, разбавляемые редкими приёмами пищи. Её источник был заблокирован, руки скованны, и Ванда совершенно не представляла, что может противопоставить своим тюремщикам, чтобы попытаться выбраться из этого тёмного плена. Нужно хотя бы попробовать освободиться от этих кандалов. Но её тщательно обыскали и отобрали все острые предметы. И пока она не смогла найти что-нибудь подходящее, чтобы попытаться вскрыть замок.