Книга Опасный путь, страница 50 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

— С ним нянчиться будет Эд, точнее, посвящать во все тонкости его временной работы. Когда выйдет Ольга, мы уже решим, что с ним делать дальше. Всё, меня главный экономист ждёт, — я отключился и слез со стола, стараясь пока не смотреть на Эдуарда, очень старательно прожигающего меня взглядом, — Женя, будь добр, проводи Дениса в отдел кадров.

— Захочешь повышения, дай Гаранину в себя выстрелить, — доверительным тоном проговорил Ожогин и так мерзко улыбнулся, что даже мне стало понятно: вливаться в наш сплочённый коллектив Полянскому будет очень трудно.

Они вышли из приёмной, и я наконец повернулся к Эдуарду.

— Что? — спросил я, глядя ему в глаза. — Ты единственный, кто действительно может присмотреть за ним: как себя будет вести, работать, что будет твориться в его голове, постараться понять, сможем ли мы вернуть нашему больному на голову Полянскому память и выяснить, в конце концов, от кого он получал непосредственные приказы. Детский дом меня уже не интересует, как ты сам понимаешь. В этом мы разобрались. А вот в том, что творилось в порту и связано ли это со взрывом, нам выяснить до сих пор не удалось.

— Ладно, хорошо, — спустя долгую напряжённую минуту произнёс Великий Князь, поднимаясь на ноги. — Пойду распоряжусь, чтобы всю важную почту, пока Гаранина нет, перенаправляли ко мне.

— Дмитрий Александрович, — в приёмную зашёл Булавин, в очередной раз не дождавшись моего визита в свой отдел. — Можно вас отвлечь на пару минут? У меня появилась важная информация.

— Да, я как раз собирался до вас прогуляться, — указав рукой на дверь, я первым зашёл в кабинет. — Проходите, Богдан Матвеевич, я вас внимательно слушаю.

— Хорошо, что ты на месте. Мне позарез нужен этот чёртов допуск, — как только Роман положил телефон в карман куртки, он открыл дверь кабинета целебной магии и вошёл внутрь.

— Какой тебе допуск? — подняла воспалённые глаза Ахметова и, сняв очки, посмотрела на Гаранина.

— По твоему предмету. У меня нет времени заниматься этой ерундой, — он положил документы перед ней на стол и опёрся обеими руками на столешницу, пристально глядя ей в глаза.

— Рома, ты был на моих занятиях за четыре года всего пять раз. В самом начале и в конце каждого учебного года, — насмешливо сказала Ахметова. — Ты ничего не знаешь о целительстве.

— Зачем мне что-то о нём знать, если у меня есть ты и деньги? Что мне может дать твой предмет такого важного? Как приготовить эликсир от головной боли за три медяка? Или заживляющую мазь за пять? Почему-то как остановить кровотечение от пулевого ранения ты здесь не преподаёшь, — холодно произнёс Гаранин, всё ещё не сводя взгляда с Ахметовой.

— Ты до омерзения в своих утверждениях похож на Диму, — поморщилась она. — До вас двоих подобных вопросов ни у кого не возникало.

— Они просто не решались с тобой спорить. Почему ты вообще здесь? — выпрямился Роман, снимая куртку.

— Потому что здесь эта чёртова проверка, и сегодня Троицкий просил меня быть на рабочем месте и принять зачёты у студентов, пока я окончательно не уволилась отсюда, — раздражённо ответила Ахметова.

— Кто сейчас с Бойко? — хмуро спросил Рома.

— Гаврилов. Ты же знал, что этот талантливый мальчик в своё время закончил медицинский колледж? Рома…

— Этот талантливый мальчик, как и ты, не смог за столько времени увидеть то, что поняли двое самых слабых и не слишком отягощённых интеллектом бывших наёмника! — прошипел Гаранин. — Почему ты сразу не заподозрила, что Лёшу травит подкупленная его замом медсестричка?