Книга Странный путь, страница 112 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

— Вы издеваетесь? – сухо поинтересовался Гаранин, прикрывая глаза, когда у него в сотый раз за последний час зазвонил телефон. – Что я должен увидеть, если ничего в этом не понимаю?!

— Необразованные варвары, – прошептал Задорожный, но Рома его всё равно услышал. – В общем, вот это, – он щёлкнул пультом и вывел на экран какое-то изображение, – обычная реакция на контакт с вирусом у тех, кто имеет стабильный иммунитет, таких, как Дмитрий Александрович, или Эдуард Казимирович. А вот это, – он переключил картинку, показывая совершенно иное изображение, – то, что происходит при контакте вируса с вашей кровью.

— И вы думаете, мне вот это даёт какое-то понимание, зачем именно вы притащили меня сюда? Кстати, что это вообще такое? Круги какие-то, – Гаранин, наклонив голову, рассматривал изображение, не имея возможности выключить настойчиво звонивший телефон, действующий ему на нервы.

— Роман Георгиевич, вот вы мне казались довольно образованным человеком, – Задорожный всплеснул руками. – У вас абсолютный иммунитет. Аб-со-лют-ный. Я такое вижу впервые в своей жизни. Вы не просто легко перенесёте это жуткое и смертельное заболевание, вы в принципе не можете им заболеть. Как это вышло? – и он ткнул пальцем в грудь опешившего Гаранина, словно обвиняя его в том, что Роман не умрёт от этого чудесного смертоносного вируса, если заразится.

— Понятия не имею, – совершенно честно ответил Рома. – Похоже, круг в очередной раз замкнулся именно на мне, – он невесело усмехнулся, разворачиваясь и направляясь в сторону выхода.

— Что? Я не понимаю, – нахмурился Задорожный.

— Вам и не нужно. Спасибо, что сообщили, хотя могли это сделать и по телефону. Кстати, вы проверили кровь задержанных? – повернулся он к вирусологу, рассматривающему его спину с каким-то кровожадным интересом.

— Да, конечно. Они стерильны как младенцы. Никакого иммунитета, – и он повернулся, задумчиво рассматривая изображение на экране. – Мы Денису Николаевичу уже предоставили полный отчёт.

— Занятно, – пробормотал Гаранин, выходя через вторую дверь и давая девушке-лаборанту полить себя какой-то едко пахнувшей дрянью, и только после этого стянул чёрный комбинезон. – Слушаю! – как только он вышел в общий коридор, то сразу же ответил на звонок, мечтая разбить телефон о ближайшую стену.

— Рома, Бернар очухался, через пять минут начинаем допрос, – прозвучал голос Залмана, но Гаранин уже переключил на вторую линию, направляясь к лестнице, ведущей вниз.

— Гаранин, – коротко представился он. Высветившийся номер был ему не знаком и, судя по коду, был фландрийским. Он старался делать всё, чтобы с этой страной его ничего не связывало. Все расклады, которые он делал на себя и своё окружение, говорили, что любое посещение Фландрии для него закончится крайне плачевно. Слишком много врагов у него в этой проклятой всеми богами стране.

— Роман? – неуверенный молодой мужской голос заставил Рому внутренне напрячься и остановиться посреди коридора. Он не узнавал звонившего, но чувствовал, что этот человек ему знаком.

— Да, кто говорит? – резко ответил Рома, подходя к окну, глядя на Площадь Правосудия, хорошо освещённую уличными фонарями.

— Это Никита, твой брат. Извини, если отвлекаю. Ты, наверное, меня не помнишь…

— Почему я должен забыть о том, что у меня есть брат? – ровно поинтересовался Гаранин, понимая, что ничего не видит перед собой.