Книга Роковой путь, страница 110 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

— Что? — мне кажется, у меня даже глаза на лоб полезли от такого заявления.

— Ага, в Зою. Там такие страсти кипят, ты даже представить себе не можешь, — протянул Ромка. — И самое поганое, что эта дочурка Рубел тоже, похоже, испытывает к нашему несравненному Леопольду Даниловичу чувства. Я к нему как-то забегал несколько дней назад, с ними рядом находиться невозможно, искры во все стороны летят. А Гриша вдобавок ко всему называет её мамой, чем добавляет накала в тихую и размеренную жизнь таких снобов, как Демидовы.

— И поэтому вы напились? — хмыкнул я. — Да, похоже, Зоя может всерьёз добиться того, чего хотела всю свою жизнь — стать женой аристократа из России.

— Ты, похоже, не понимаешь всей сути проблемы, — щёлкнул пальцами Гаранин, и нас обоих обсыпало приличной кучкой конфетти. — Прости, это случайно вышло.

— Хорошо, хоть бумагой, — процедил я, в очередной раз осознавая, что пить ему совершенно противопоказано для всеобщей безопасности.

— Так вот, после того как Кристина родила Гришу, она же настояла на пересмотре договора, — начал пояснять Ромка суть жизненных проблем нашего начальника разведки. — Её достали его бесконечные измены, и в этом договоре чётко прописано, что он больше ни с кем, никогда и ни при каких обстоятельствах кроме неё. Иначе развод, и сын достаётся роду Родниных.

— И теперь наш бедный Лео должен страдать, смотреть, но не касаться, понятно, — я рассмеялся. — Что, развод совсем не предусмотрен договором?

— Только по уважительным и серьёзным причинам. Как ты понимаешь, влюблённость в няню сына — это совсем не уважительная причина. И теперь я страдаю, будучи вынужденным выслушивать это бесконечное нытьё. Зоя то, Зоя это, ах, Зоя… — закатил Ромка глаза, заламывая руки, явно пародируя Лео.

— Ну что я могу сказать, он сам виноват. Если бы не гулял до рождения сына, то Кристина была бы к нему более лояльна.

— Дима, я всегда знал, что ты жестокий человек, — покосился на меня Ромка. — А Кристина всё это видит и ещё больше ненавидит весь род Демидовых. Поверь мне, мы ещё хлебнём от неё проблем.

— Это ты как эриль говоришь?

— Это я тебе как человек, который с ней спал, хм, встречался целый год, говорю, — немного замялся он. — Как хорошо, что я сбежал до того, как меня отец выгодно женил на этой стерве.

— От неё или от отца? — уточнил я, видя, как начало Ромку вести куда-то в сторону.

— От обоих, — подумав, пробормотал он.

— Кстати, насчёт «сбежал». Ты почему ничего не сказал мне про Никиту? — довольно жёстко спросил я.

— Ванда пожаловалась? — хмыкнул он.

— Человек, приставленный следить за твоим отцом. Ты от разговора не уходи.

— Да я сам не знаю, зачем его вытащил оттуда. Просто, когда он мне позвонил, то я понял, что отец его убьёт, когда найдёт. Особенно если узнает, что он мне звонил. Никита же всего лишь подросток, который хочет стать целителем и помогать людям, — покачал Ромка головой. — Я не хотел тебя вмешивать в свои проблемы.

— Ну, вообще-то, именно я посоветовал ему бежать и связаться с тобой, так что я изначально был в этом замешан. Рома, я помогу, тем более, что-то мне подсказывает, что без меня ты всё равно не справишься. Я же глава твоей Семьи, — напомнил я ему. — И я…

Договорить я не смог, меня перебил звонок Ромкиного телефона. Значит, домой он всё-таки заходил, хотя бы за тем, чтобы телефон забрать. Он долго смотрел на дисплей, затем поднёс трубку к уху, молча выслушал, что ему говорили, и также молча отключился. Монолог неизвестного собеседника продолжался около пяти минут, во время которых лицо Романа менялось от расслабленно-несчастного к серьёзно-сосредоточенному. А ещё он как-то резко протрезвел. Мне это не слишком понравилось, но выказывать своё беспокойство я не спешил.