Книга Роковой путь, страница 89 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

— А они все, похоже, довольно успешные дамы, — я покачал головой. — Любовь, что тут поделаешь. Она действительно может быть очень зла. Эд, насколько велика сумма? Мы сможем с её помощью отказаться от спонсорской помощи Белевского?

— Да, вполне, — сразу же ответил брат. — Так что ты будешь делать?

— Ничего, — я принял решение, покосившись на покойника. — Иногда справедливости лучше подождать. Так будет лучше для всех, в том числе и для него. Не думаю, что Василий Борисович обрадовался бы, если бы узнал, что его деньги так и не достались СБ, из-за подобной череды случайностей. Дело закрыто.

— Хорошо, — мне показалось, что Эд выдохнул с облегчением. — Я начинаю процедуру расторжения договора с Белевским.

— Начинай, — я отключился и повернулся к остальным. — Я не буду заново открывать дело. Это не значит, что все вы не виноваты, но пускай всё остаётся на вашей совести.

— Дима… — начала было Ванда, но я перебил её, подняв руку.

— Я всего лишь выполняю последнюю волю покойного. Если я дам всему этому ход, то вряд ли смогу выполнить условие его завещания, да и Ольге Николаевне может достаться, если кто-то из прокуратуры вспомнит затаённые на неё обиды. С ней ничего, конечно, не случится, но нервы ей потреплют. И да, Ахметовой придётся как минимум уволиться из СБ, и от этого пострадаем исключительно мы. Так что, дело закрыто. Давайте уже проводим Василия Борисовича в его последний путь и забудем обо всём этом.

— Но они же убийцы, — тихо проговорила Ванда. — Как мы можем их отпустить? В следующий раз они точно завершат начатое.

— Подумай, что с этим можно сделать, — обратился я к Вишневецкой, закусившей губу и внимательно рассматривающей жену и любовниц покойного.

Женщины переглянулись и внезапно обнялись, плача и что-то тихонько друг другу говоря. Я же только головой покачал и направился к двери. Оставалось только сказать речь, дождаться, когда гроб засунут в могилу, и можно было возвращаться на работу.

— Так, я правильно поняла, что именно тот доктор стал истинной причиной смерти Василия? — уже у двери меня догнала Рерих и взяла под руку, нагнувшись и зашептав в ухо.

— Вы слышали заключение эксперта, Гертруда Фридриховна, — ответил я, оборачиваясь к патологоанатому, который что-то высчитывал на пальцах, немного успокоившись, когда услышал, что сказала Фролова.

— Но я почти убедила его, что он не виноват в Васькиной смерти, — Рерих остановилась, растерянно глядя на меня.

— Ничем не могу вам помочь, — и я открыл дверь, выходя уже из комнаты. С меня хватит, больше я на подобные мероприятия не ногой. А что, Медведевой можно простудиться, килограмм мороженного сожрав, а мне нет? Вот так и буду поступать, а пока избавлюсь наконец от Белевского раз и навсегда.

Частный терминал аэропорта Антверпена был практически пуст. Евгений Ожогин зашёл внутрь, отказавшись в категорической форме от сопровождения заискивающих работников аэропорта, и оглядел зал ожидания. Его взгляд сразу же остановился на одинокой фигуре молодого человека в дальнем углу просторного помещения.

Никита Гаранин сидел в кресле, наклонившись вперёд и уставившись в пол, сцепив пальцы рук в замок. Женя, не найдя больше никого, похожего на подростка шестнадцати лет, направился в его сторону.