Книга Тревожный путь, страница 100 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

— Что-то ещё? — хмуро спросил я, рассматривая стоявшего довольно расслабленно наблюдателя.

— Мы выяснили, что квартира Романа находится на двадцатом этаже, и окна из неё выходят на другую сторону от площади, — взял слово Андрей. — Что именно он собирается делать, я не могу даже предположить. Судя по планам полиции, все подъезды и подходы к площади перекрыты, и проникнуть на территорию можно будет только случайно, особенно учитывая тот факт, что за Романом следят все, кому не лень. Мне даже кажется, что свита самого президента менее внушительная, чем количество соглядатаев, следующих за ним по пятам.

— Порталом он не сможет воспользоваться, если хочет остаться незамеченным, — задумчиво произнёс я. — Во Фландрии фиксируется каждое применение подобных артефактов на государственном уровне. В этом они преуспели как никто другой.

— Гадать мы можем бесконечно, нужно смотреть на месте. И да, это не единственный человек Георгия. По периметру рассредоточены ещё несколько человек. Залман и Лепняев уже на месте, стараются не привлекать внимания. Всё будет зависеть от действий Романа, — произнёс Ваня, всё ещё не сводя взгляда с мониторов. — Знаешь, что самое хреновое в таких операциях? — нарушил он наконец напряжённую тишину.

— Нет, — честно ответил я.

— Самое хреновое — это наблюдать, когда отсчёт уже пошёл в обратном направлении, и понимать, что ты ничего не сможешь сделать: ни помочь, ни как следует подстраховать, ни самому выполнить грязную работу, — он замолчал. — Ладно, иди. Тебе пока здесь нечего делать.

Я ещё немного посидел, бездумно пялясь в изображение на мониторах, после чего решительно встал и направился к своему кабинету.

— Слышал, что ты пытался помочь Ванде, но сделал только хуже? — задал вопрос Эд, как только я переступил порог приёмной.

— И тебе доброе утро, — ответил я, останавливаясь возле его стола. — Есть какие-то неотложные и важные дела?

— Нет. Сейчас приоритетное задание у нас во Фландрии, — серьёзно ответил Эдуард, поднимаясь на ноги и подходя к шкафу, начиная бездумно переставлять декоративные фигурки на полках. — Мне как-то не по себе. Даже не думал, что могу испытывать что-то подобное. Возможно, потому что у меня никогда не было так мало живых родичей, чтобы чувствовать связь с каждым из них.

— Пока не родился твой сын, Роман остается моим наследником, — я подошёл к нему, рассматривая фигурку слона, которую Эд вертел в руках.

— В этом-то и проблема…

Договорить ему не позволил телефонный звонок, прозвучавший на редкость громко. Достав телефон из кармана, я долго смотрел на высветившийся номер, решая, отвечать или не стоит. В конце концов решил ответить.

— Алина, что-то случилось? — спросил я вместо приветствия.

— У меня проблема, — тихо произнесла она. — Я никак не могу приблизиться к нашему любимому Игорю Максимовичу. Он мало кому доверяет и слушает только Штейна, который совершенно невероятным образом сделался его правой рукой и левой заодно.

— Мы знали, что может быть трудно, — ответил я, присаживаясь на край стола.

— Но не настолько же! — вскричала мошенница и сразу же перешла на шёпот: — Этот козёл никого к Клещёву не подпускает. Я, может быть, и смогла бы втереться в доверие к лидеру «Детей Свободы», но у меня нет ни единого шанса приблизиться к нему.