Книга Наследнички 3, страница 20 – Олеся Шеллина, Алекс Ключевской

— Тяжёлое Стояновское наследство. — Я улыбнулся ещё шире. — И почему все решили, что в нас с Ромкой нет ничего от очаровательной Анны, которая, судя по слухам, такое в юности проворачивала… У Матвея до сих пор волосы дыбом встают, когда он о нашей матери вспоминает.

— М-да, почему-то этот аспект мы не учли, — Верн снова поморщился. Мне даже смешно стало. Если уж безликие усиленно делают вид, что нашей матери не существовало… Вот точно, м-да, и никак иначе.

— И, заметь, тебе ещё повезло, что я материнский дар малефециума не прихватил. В отличие от Ромки. Тогда нам не нужно было бы думать, как орла вызвать, мы бы и так сумели себя занять. Уверяю, я ни хрена не Роман. Это в нём зачем-то совесть ещё хвост не отбросила. А я таким атавизмом не страдаю. Говорю же, матушкины гены дают о себе знать.

— А вот сейчас ты лжёшь. — Верн доброжелательно улыбнулся. — Как я уже говорил, твой отец в каких-то мгновениях довольно предсказуем. Он тщательно следил за тем, чтобы такие понятия, как совесть и честь, хорошо укоренились в его отпрысках. Костя слегка зациклен на подобных вещах.

— Я не лгу, я слегка преувеличиваю.

— Может быть, мы пообедаем? — перебила меня Ольга. — Вы так можете бесконечно болтать, а я уже кушать хочу.

— Меня всегда бесило то, что вы позволяете своим девкам рот раскрывать, когда их не спрашивают. — Верн в очередной раз скривился. — Как ты, например, можешь это спокойно терпеть?

— А как Кай терпит Кару? — я не отводил от него пристального взгляда. Про непримиримых мы с Ромкой знаем. Полагаю, отец преподнёс нам очень усечённую версию их взаимоотношений, но основы мне известны. Я поэтому не удивился, когда Кодекс мне Кая показал.

— Туше, — задумчиво проговорил Верн. — После обеда начнём изучать простейшие формы, из которых ты потом самостоятельно будешь составлять сложносоставные заклинания, чтобы получать стабильные и полезные конструкты. Это поможет развить дар до приемлемого уровня. Да, попроси кота, чтобы он притащил побольше мелких драгоценных камней. Размером со среднюю жемчужину.

— Зачем? — я сжал в кулаке столовый нож.

— Начнёшь браслет простейших форм составлять. К каждому камню будет привязана одна из форм. Их можно будет легко активировать и соединять в более сложные структуры. Так делали подмастерья и молодые мастера когда-то давно. У меня нет желания ждать, когда ты каждую форму усвоишь до автоматизма. А пока камней нет, на паре примеров будешь учиться отмерять силу дара в зависимости от того, какой результат хочешь получить. А также будешь учиться выделять в своём даре потоки стихий. Это легко, так что мы всё успеем до ужина.

— Андрей… — Ольга осторожно вытащила нож из моей руки и придвинула блокнот с ручкой, которые мы сейчас всегда таскали с собой.

— Мяу, — Паразит запрыгнул ко мне на колени. Он явно не имел ничего против того, чтобы принести запрошенные Верном камни.

— Как трогательно, я сейчас всплакну, — Верн усмехнулся, а потом нарисовал в воздухе ещё одну светящуюся фигуру. Как он, интересно, это делает? — Это тебе, красноглазая. — Сказал он, обращаясь к Ольге. — Будет чем себя занять, пока мы с твоим женихом продолжим занятие.

— Что это? — спросила Ольга, а Паразит пристально посмотрел на Верна.

— Общее малое исцеление. Чуть позже твоему женишку может пригодиться. В процессе обучения мелкие травмы всегда неизбежны. — И он мерзко ухмыльнулся. Я же сунул записку под ошейник, и бросил злобный взгляд на этого вечного юнца. Себя калечь урода кусок.