Книга Стать собой (том 1 и том 2), страница 146 – Олеся Шеллина, Алекс Ключевской

Елену, которая натурально зарычала, от этого придурка оттаскивали муж и моя мать.

— У меня идея, — прошептал я на ухо Анне. — Идем. Это будет наша напутственная речь молодым. Заодно сделаем доброе дело и предотвратим убийство, которое точно негативно отразится на свадьбе, все-таки красный цвет тут не приветствуется в большом количестве.

Анна увидела, что я целенаправленно направляюсь к танцполу.

— Там же скользко… — она попыталась вырвать из моей хватки руку.

— Доверься мне, — я прикрыл глаза, и дар земли помог мне сделать подошвы моих туфель не скользящими. Подхватив Анну за талию, я прошел под изумленными взглядами на середину, в то время, как девушка скользила по полу, но скользила довольно уверенно, потому что я держал ее крепко. — Музыку!

Зазвучавшая мелодия очень сильно напомнила мне эльфийскую «Бурю чувств». То, что надо. В этом танце, полном страсти и неприкрытого желания как-то терялась наглядная демонстрация полной покорности женщины своему господину. Ее растворение в нем, подчинении каждому его движению, каждому властному жесту руки. И в то же время полное доверие, ведь, когда я наклонял партнершу так низко, что ее волосы почти касались пола, она была уверена, что я не отпущу ее, что удержу в любом положении.

Моя рука, скользящая по ее телу, едва не касаясь груди, губы так близко от ее губ, так, что я могу ловить ее дыхание, все на грани, но не переступая черты, потому что это всего лишь танец, пусть и танец страсти.

Я заметил, что пол перестал быть скользким, и отпустил Анну. Она едва не упал, глядя на меня с таким удивлением. Я прислушался. Или Елена уже тихонько где-то прикопала распорядителя, или же мне удалось все же ее отвлечь. Скользнув взглядом по толпе, я заметил изумленное лицо матери, и слегка покрасневшее Ирины Леймановой. Не знал, что она тоже здесь, почему-то не видел ее раньше. Наконец, я нашел виновников торжества.

— Думаю, что этот танец сказал нам все без слов, которые порой не нужны. Юрий, девочки, вам сейчас не нужны слова, вам нужно, чтобы вам оставили в покое, и в тишине алькова вы сами сумеете разобраться что к чему. Так что, давайте уже отпустим молодых, все-таки, это их вечер, а мы все им только мешаем. — Толпа зааплодировала и Юрка, подхватив бледных близняшек под руки, поспешил к лестнице, которая открыла перед ними заблокированный проход, и тут же закрылась снова. — Ну а мы можем продолжать веселиться и пить за здоровье молодых. Кстати, торт чудесен, и все мужчины со мной согласятся и не откажутся съесть пару кусков.

Раздался хохот и одобрительные выкрики, среди которых прозвучал чей-то возмущенный женский голос.

— Ах, ты старый извращенец, убери немедленно от меня свои грязные руки! — так, похоже, зелье Вольфа все же работает, и у старичка имеются все шансы вспомнить молодость.

— Давай сбежим отсюда, — прошептала Анна, кладя голову мне на плечо.

— Давай, — я согласно кивнул.

— Надо только моих родителей предупредить, вот они рядом с твоим дедом и матерью стоят, — я проследил за ее взглядом и увидел стоящих в сторонке Стояновых, которые что-то обсуждали с моими родными.

— Пошли, скажем, что уезжаем, и что я отвезу тебя домой, и свалим уже отсюда. По-моему, скоро здесь может быть особенно весело, — я прикинул перспективы и решил, что не хочу отлавливать в толпе озабоченного деда. К тому же, у меня есть все шансы прекрасно закончить сегодняшний вечер, так почему бы этим шансом не воспользоваться?