Книга Стать собой (том 1 и том 2), страница 165 – Олеся Шеллина, Алекс Ключевской

— Молчи. Просто молчи. Я не хочу обсуждать то, свидетельницей чего ты стала.

— Да я и не собиралась тебя расспрашивать, — я повернулся и внимательно посмотрел на Ирину. Ну, конечно, не собиралась она. Расскажи это кому-нибудь другому, деточка.

— Это хорошо. А теперь я тебя домой заброшу, если ты не возражаешь. — Мне было плевать, даже, если она и возражала, я все равно бы ее доставил отцу. Потому что мне нужно вернуться домой, чтобы запереться в своей комнате и как следует все обдумать.

Я снова не выспался. Всю ночь в голове как мураши шевелились странные мысли, в основном о превратностях, которые подкидывает людям судьба. Вот взять, к примеру, Лейманова. Я встречался с ним дважды, но в первый раз он даже не соизволил представиться, и излучал превосходство и снисходительность одновременно. Но, стоило ему попасть в неприятную для себя ситуацию, и куда весь тот апломб делся? Сразу и по имени предложил себя называть, и дочку доверил. Кстати, я так и не увидел ни его двоих сыновей, ни супругу. Наверняка он приказал им скрыться в каком-нибудь шикарном отеле, или вообще в каком-нибудь доме, который приобрел специально для таких вот случаев.

Но, надо отдать ему должное, сам Лейманов дочку не бросил, остался, хоть и за дверью, но все равно близко, чтобы в случае чего прийти ей на помощь, хотя слабо представлял себе, в чем эта помощь должна выражается. Но вот, когда пришла реальная помощь, пусть и в виде парня, которого весь высший свет привык презирать, то сразу же нашлось и для него доброе слово, и можно все церемонии отбросить. Интересно, а он-то сам понимал, что делал, или в следующий раз я услышу что-то вроде: «Какой я вам Сергей, Керн. Обращайтесь ко мне как положено».

Вот примерно такие мысли мелькали у меня в голове. Утром же я проснулся, от ощущения нехватки воздуха. В этот момент мне как раз снился какой-то суматошный сон про то, как Стоянов застал меня с Анной в весьма интересной позитуре, и принялся душить.

Когда я открыл глаза, то мне захотелось выругаться, но я не мог из-за плотно закрытого рта. А закрыт мой рот был вполне упитанной пушистой кошачьей задницей. Я вскочил и скинул не сумевшего сориентироваться кошака. Все дело в том, что уснул Паразит у меня на груди. При этом он развернулся к моем лицу своей филейной частью, и теперь у меня во рту было полно кошачьей шерсти, пополам с чувством непередаваемого ощущения от такой подставы.

— Тьфу, — я попытался выплюнуть весь тот пух, который осел у меня во рту. — Нет, ты не просто Паразит, я вообще для тебя слов цензурных не нахожу. — Кот, развалившийся на моей кровати, приоткрыл один глаз, смерил меня таким презрительным взглядом, что ни одному аристократу и не снился, зевнул и, отвернувшись, продолжил спать. — И вот как это называется? — в ответ мне была тишина.

Время было еще раннее, и я решил принять ванну, но, безликие так и не появились. Зато я едва не уснул, причем, очень крепко, благо, догадался завести будильник, который звенел все набирая громкость, и, в конце концов, пробился даже в ванную.

Естественно, такое потрясающее утро не могло не перерасти в просто охренительный день.

В школу я поехал на своей машине и, естественно, попался на глаза недокастрированному Славику Водникову.