Книга Стать собой (том 1 и том 2), страница 207 – Олеся Шеллина, Алекс Ключевской

— А я и не говорил, что мне нужно что-то еще, — я скупо улыбнулся, поглядывая по сторонам.

— Тогда, что вас интересует? — мужик немного оттаял, когда услышал, что мы шли сюда намеренно.

— Вон те палаши, они действительно так хороши, как выглядят? — я указал на стену, на которой висели выбранные мною мечи.

— Приятно видеть, что в наше время кто-то разбирается в оружие, — удовлетворенно хмыкнул хозяин и направился к палашам.

— Настолько приятно, что я могу рассчитывать на скидку? — я шел за ним, обратив внимание на то, что мать застывала возле одной из стен, что-то пристально рассматривая.

— На второе изделие, — выкрутился этот ушлый тип.

Пока я выбирал оружие, которое бы меня устроило, если не полностью, то хотя бы не вызывало бы отторжение, мать продолжала стоять у все той же стены, рассматривая то, что привлекло ее внимание. Наконец, я отобрал себе прекрасный обоюдоострый клинок с довольно удобным не вычурным эфесом. Единственное, что меня слегка напрягло — это странная гарда. Но с этим можно было смириться.

— Прекрасный выбор. Смотрите, тут есть небольшой сюрприз для предполагаемого врага, — хозяин, улыбаясь, взял в руку выбранный мною палаш и нажал на скрытую в эфесе кнопку. В разные стороны от клинка выскочили два стилетообразных лезвия. Теперь стало понятно, почему такая гарда. Я кивнул, а хозяин, убрав дополнительные клинки, деловито поинтересовался. — Подобрать ему ножны?

— Да, конечно, — я, слегка нахмурившись, подошел к матери. — Ты так пристально смотришь на эту стену, что я подумал, а не увидела ли ты там призрака?

— Нет, призраки мне никогда не являлись, — машинально ответила она. — Костя, я хочу купить эту трость, — заявила она категоричным тоном и показала мне трость с встроенным в нее длинным кинжалом, рукоятью для которого выступала рукоять самой трости.

— Зачем она тебе? — я рассматривал понравившуюся матери вещь.

— Да не мне, — она отмахнулась. — Думаю, что эта трость прекрасно подойдет Егору. Его выписывают уже в понедельник, ты что забыл, что мы собирались купить ему трость? — да, у меня это совершенно вылетело из головы, и я виновато улыбнулся. — Так мы купим ему эту трость?

— Если ты настаиваешь, — к нам тем временем подошел хозяин, намекая, что пора бы рассчитаться. — Еще вот эту трость. Она регулируется по росту? — хозяин кивнул, снимая со стены, понравившуюся матери вещицу. — Да, на второе изделие скидка, я же правильно все помню? — и я широко улыбнулся ругнувшемуся сквозь зубы хозяину, потому что эта вещь была как бы не дороже моего палаша. Слишком дорогое дерево участвовало в создании трости, да и кинжал производил впечатление. Ну, а что такого, сам же предложил.

Домой мы вернулись уже ближе к вечеру, пообедав в каком-то ресторане. Мне не понравилось. Если еще когда-нибудь вот так поедем, я отвезу мать в ту самую кафешку, где мы недавно обедали с Ириной.

Дома нас ждал сюрприз в виде обеспокоенного Назара Борисовича, стоящего в холле. Мать сразу же почувствовала его напряжение и спросила.

— Что случилось? Почему ты здесь стоишь, как памятник самому себе?

— Виталий Павлович не приехал домой обедать, — коротко ответил дворецкий, а мать нахмурилась так, что на ее чистом лбе проступили глубокие морщинки.

— Как? Почему? — она помассировала виски. — Отец всегда обедал дома, вообще всегда, что бы не происходило.