Книга Остаться собой, страница 22 – Олеся Шеллина, Алекс Ключевской

Открыв дверь, я вошел в гостиную, и сразу же прошел к сидящему в кресле Водникову. Устроившись напротив него, посмотрел на него, предоставляя право первого слова.

Некоторое время мы сидели молча, разглядывая друг друга. Наконец, он не выдержал.

— Где Виталий Павлович? Сколько еще мы будем ждать? — он задал вопрос не мне, а стоящему у меня за спиной Назару Борисовичу.

— Виталий Павлович в отъезде, — невозмутимо ответил дворецкий. — И он не увидел причин возвращаться, поэтому, или вы будете вести переговоры с Константином Витальевичем, будущем наследником клана Керн, или никаких переговоров не состоится.

Я продолжал смотреть на Водникова. Похоже, что так его еще ни разу не унижали. Ведь Назар Борисович по сути сообщил, что дед знает о том, что за гость притащился к нему в дом, и не счел нужным ради него что-то менять в своих планах.

— Ну, знаете ли, — булькнул он возмущенно и принялся вставать.

— Уже уходите? — я откинулся на спинку кресла и смотрел на него с насмешливой улыбкой. — Обязательно передавайте от меня привет Ольге.

Водников замер, а затем преувеличенно аккуратно сел обратно, не сводя с меня напряженного взгляда.

— Вы, наверное, хотели сказать, Татьяна? Мою супругу именно так зовут, — сказал он осторожно.

— Точно, — я хлопнул себя по лбу. — Совсем все в голове перепуталось. Конечно же Татьяна. Такая высокая блондинка, с потрясающими голубыми глазами... — Водников вытащил платок и протер лоб, я же нахмурился, а затем закатил глаза и продолжил. — Да что со мной такое сегодня, конечно же высокая голубоглазая блондинка — это моя мать. Наверное, на меня так удар повлиял. Я же довольно сильно ударился, когда ваш сын с приятелями меня уронили. — Вот сейчас я смотрел на него жестко, практически в упор. А Водников снова протер лоб платком. Назара Борисовича я не видел, но спиной чувствовал его удивленный взгляд.

— Давайте поговорим откровенно. Виталий Павлович сообщил, что он хочет, чтобы замять это дело, в котором, как мне известно, Слава позволил себе в оскорбительной форме говорить о Марии Витальевне? — а вот это уже деловой разговор. У меня было большое, просто нестерпимое желание потребовать с него деньги, но разум возобладал над чувствами и паническим настроением, и я твердо произнес.

— Да, сообщил. «Свежие новости» вполне подойдут, чтобы я смирился с нанесенным мне ударом. А ведь вы видите, что с моей памятью творится после него, — я соединил вместе кончики пальцев и внимательно смотрел на Водникова. — Причем, издательство должно быть оформлено не на клан Керн, а на меня лично. Виталий Павлович хочет увидеть, как я смогу им руководить, потому что подумывает о создании уже кланового издания.

— Я услышал. Мои юристы все оформят. Вы не будете возражать, если они прибудут сюда, чтобы заверить договор о передаче, когда он будет готов. Думаю, что продажа за символический рубль будет более приемлема, чем дарение. Меньше хлопот займет, при оформлении права собственности, — Водников говорил четко и отрывисто. Молодец, сумел собраться. Только вот ему не страшно клан Славику оставлять? Этот хрен моржовый ведь его разорит и все Водниковы побираться в конце своего жизненного пути будут.

— Думаю, это будет приемлемо. Только юрист должен быть один, и время его визита должно быть оговорено заранее, например, по телефону. Вы же не думаете, что я буду целыми днями сидеть дома и ждать, когда договор будет готов? — Водников покачал головой, показывая, что так не думает.