Книга Стать сильнее, страница 100 – Олеся Шеллина, Алекс Ключевской

— Я тебя домой привезла и твой дед попросил меня здесь остаться, чтобы тебя никуда дальше не понесло. Вроде бы я научилась уже вас останавливать: тебя и Вольфа. Во всяком случае, из фонтана мне удалось вас выловить, и от шлюх отогнать, пока вы совсем уж дел не натворили, — она потянулась и встала, разминая затёкшие ноги. — У вас где здесь уборная?

— Там, — я махнул рукой в направлении ванной комнаты, параллельно пытаясь осознать, что она только что наговорила.

— У вас что, ванная в каждой комнате? — спросила она, выходя, когда я пытался найти ту самую заметку, которая мать в ярость привела.

— Нет, конечно, — ответил я рассеянно, перелистывая листы. — В библиотеке и гостиных, к примеру, санузла нет, он там ни к чему. Да где же эта статья?

— На передовице посмотри, — ехидно предложила Люсинда. Я бросил на неё злобный взгляд, но всё же закрыл газету и принялся изучать первую страницу. Глубоко сомневаюсь, что выходки двух пьяных идиотов, хоть бы один из них был Вольфом, заслужат быть помещенными на первую страни...

И тут я замер, уткнувшись взглядом в фотографию, где в фонтане два тела в одних штанах весело плещутся с девицами не слишком тяжелого поведения. Фонтан находился в каком-то помещении, так как на улице всё-таки была зима, но вот что это за помещение оставалось для меня загадкой. Статью я читать не стал, полагаю, что ничего хорошего там не написано. Отложив газету в сторону, я встал и печатая шаг направился к ванной. Уже взявшись за дверную ручку я повернулся к Люсинде.

— Жди здесь. Мне надо мысли в порядок привести, а потом ты мне всё расскажешь с самого начала.

На этот раз я не стоял долго под тугими струями, забирая энергию излечивающей меня воды. Просто боялся, что Люсинда уйдет. Она не моя рабыня, и ждать шефа в его спальне не входит в прямые обязанности секретаря. Одно то, что она, судя по всему, действительно всё время моего загула провела с нами, намекает на то, что девчонка премию заслужила. Меня вот, например, больше всего интересовало, а сколько именно длился загул? Хотя, если мать нигде особо не задерживалась, и вернулась вовремя, то загул продолжался всего один день. И это, на самом деле, не могло не радовать, потому что я прекрасно осознаю, что могу и не так куролесить, особенно, если меня понесёт.

Люсинда стояла у окна и смотрела на заснеженный парк.

— Никогда не понимала, как люди могут жить в таких огромных домах. Это же можно неделями не встречаться с близкими.

— Представь, каково приходится императору, который живёт в огромном дворце, — я хмыкнул и рывком открыл дверь шкафа, прикидывая, что бы надеть. Скорее всего, мать потащит меня примерять костюм, поэтому нужно надеть что-то, что легко будет снять.

— Хм, скажи, а такое понятие, как стыд вообще присутствует в твоей башке, или она растворилась без остатка в непомерном эго? — я повернул голову и увидел, как Люсинда вспыхнула, разглядывая мою голую спину, и полотенце, небрежно обернутое вокруг бедер.

— А мне-то чего стыдиться? — я пожал плечами и принялся выбрасывать выбранную одежду на кровать. — У меня всё в порядке и с телом, и с самомнением. А вот у тебя стыда совсем нет, раз продолжаешь пялиться на голого мужика, хотя вполне можешь отвернуться.

— Твоя мать права, ты редкостный скот, — и Люсинда весьма демонстративно отвернулась.