Книга Остаться сильным, страница 77 – Олеся Шеллина, Алекс Ключевской

Я вскочил на ноги, но тут Паразит сглотнул остатки, посмотрел на меня как на вошь и исчез.

— Ои итить твою налево, — я повернулся к водителю, который, вытаращив глаза, смотрел на то место, откуда только что исчез кот. — Вон оно как бывает, — и, опустив монтировку, он пошел к своему месту.

Автобус дернулся и снова поехал, воришка где-то спрятался, а я с досадой закрыл сумку и сел на своё место.

— А разве коты едят пирожки? — задумчиво спросила Ира, глядя на сумку.

— Судя по всему, едят. Кстати, поздравляю, мы остались без завтрака, — я глянул в окно, но, увидев в нем лишь темноту и мельтешащие тени, сел прямо.

— Может быть, Паразит просто таким образом что-то хочет тебе сказать? — предположила Ирина.

— Он хочет, чтобы ему вернули Назара Борисовича, который не даёт бедному котику скопытиться, и кормит того отборнейшей бужениной, без сала, — саркастично ответил я. — Проблема в том, что я пока не могу вернуть Назара Борисовича, он ещё не выздоровел до конца. Вот только Паразиту на подобные нюансы, похоже, плевать и он начал выражать протесты. — Ирина ничего не сказала, лишь быстро взглянула на меня, и отвернулась. Её отец заседал в Совете, и она могла знать, что произошло в нашем доме.

— Нелюбино! — автобус остановился и в салоне снова зажегся свет. Пожилая пара встрепенулась, и подалась на выход, перед этим расплатившись с водителем.

Когда они вышли, дверь закрылась, свет погас и автобус снова поехал по проселочной дороге, которая всё больше и больше углублялась в лес.

Я уже снова хотел было задремать, но тут в салоне заметно посветлело, и до моего слуха донесся тонкий, больше похожий на комариный писк свист. Что-то мне это напоминает, что-то знакомое. Я невольно нахмурился, и повернулся к Ирине, которая наморщила лоб и, похоже, тоже пыталась что-то вспомнить.

— Ох ты ж, что за ночка, — заорал водитель, — все твари активизировались. Давненько такого не было. Держитесь, ребятушки! — и автобус словно скакнул вперёд и понёсся, гремя всеми своими металлическими костями. — Не подведи родимый. Вывези нас отсюда, и я тебе и маннокристал и масло поменяю, — продолжал водитель уговаривать своего железного друга не сломаться и не оставить нас всех на растерзание нежити.

Писк перерос в визг, от которого захотелось заткнуть уши, а потом раздался хохот, который снова сменился визгом.

— Слуа, — уверенно произнесла Ира, но я и сам уже понял, с чем мы имеем дело. А ведь дело принимало довольно паршивый оборот, потому что, судя по звукам, слуа, эти шакалы, которые вечно бродили и нападали только стаей, пытались нас окружить. — Только, разве слуа обитают вне курганов?

— Как видишь, — я пожал плечами и зевнул. Снова раздался визг. — Надоели, поспать не дают. Да и едем мы слишком быстро для этого механизма. — Я потянулся, встряхнулся, словно у меня озноб, и направился прямиком к водителю. — Притормози, — одновременно с этим я прикоснулся к серым нитям, которые радостно отозвались на мой зов.

— Да ты чего, парень, ежели чуток сброшу, эти твари нас порвут! — водитель даже не посмотрел на меня. Испуганным он не выглядел, был зол и сосредоточен на дороге.

— Притормози, — на этот раз могильный холод прошелся по всему салону, а водитель содрогнулся и посмотрел на меня. Я себя со стороны не слышал, но, подозреваю, что и голос у меня стал отмороженным, заставляющим все волоски на теле вставать дыбом. — А лучше останови, побереги машину. Я хочу в относительном комфорте до места добраться, а не идти по ночному зимнему лесу. — Каждое слово падало, словно кусок льда, вымораживая всё вокруг. Да, Ира права, в пылу страсти бывает не сдерживаешь дар до конца, и вот такое может остудить кого угодно.