Книга Остаться сильным, страница 94 – Олеся Шеллина, Алекс Ключевской

Через полчаса они уже входили в лаборатории. В холле Звягинцев с философским видом смотрел на Громова, который в это время орал на одного из охранников.

— Ты какого хереста вообще туда полез, кретина кусок? Ты бы лучше в контур не руку, а член свой засунул, козел, чтобы такие больше на свет не рождались! Сказано же было: пока ничего не настроено, даже близко не подходите! Ты что не видишь, что тут полно оборванных линий? Идиот! — и тут только Ушаков обратил внимание на то, что у парня, на которого орал Громов была перебинтована рука.

— Егор Владимирович, простите, но нам бы пройти, — Люсинда прервала порку, а Громов обернулся на звук её голоса. — У Егора Александровича назначена встреча с Тихоном.

— Ох, извините за бардак. Просто один дебил решил поэкспериментировать и залез в разомкнутый контур трех сил. — Громов махнул рукой на пострадавшего охранника, а Егор поморщился.

— М-да, наверное, было очень больно и очень много крови.

— Да порой кажется, что лучше бы она у него вся вытекла, еще при рождении через пуповину. — Громов махнул рукой, опираясь на свою трость. — Теперь всё заново надо делать. Пять дней коту под хвост. Да вы проходите к лифтам, тут всё чисто, можно ходить.

Когда они зашли в лифт, Люсинда повернулась к задумчивому Егору.

— Как же вы любите эти контуры.

— Они удобные, — Егор усмехнулся. — К тому же обладают каркасным типом построения. На них можно добавить всё, что угодно, в пределах совместимости, конечно.

Разговор прервался, когда они вошли в лабораторию.

— Ну, наконец-то, — им навстречу поднялся Тихон. — А-то я уж думал, что одному придётся чай пить. Садитесь, — и он почти насильно усадил Егора за свой стол. Люсинда даже губу закусила, чтобы не засмеяться. — Красавец. — Тихон разглядывал Егора. — Вон, даже Таська засмотрелась, а ведь её в мужиках только орган из четырех букв привлекает, и это мозг, кто бы что себе не вообразил. Но на тебя засмотрелась.

— Да, идите вы, — Тася фыркнула и отошла подальше, но, Люсинда заметила, что украдкой она всё равно посматривает на Егора. В который раз ей подумалось, что его жене будет очень трудно.

Они выпили чай, а потом Тихон вытащил чертежи, и они с Егором склонились над ними. Люсинда даже не пыталась понять, о чём они говорят, большинство терминов для неё представляло собой набор букв. Егор разогнулся и потёр шею.

— Чтобы вот эти два перехода сделать, мне придётся выложиться в ноль, — наконец, произнёс он. — Я не стихийник, долго восстанавливаюсь.

— Тогда их-то и нужно будет сделать первыми, — деловито сообщил Тихон, а Люсинда нахмурилась. Она не знала, что чувствует маг, когда опустошает полностью свой резерв, но подозревала, что ничего хорошего.

— Да, я тоже так подумал, — Егор кивнул, и они снова склонились над чертежами.

В это время дверь открылась, и в лабораторию зашла Алёна. Люсинда уже познакомилась с главным бухгалтером Керна и поэтому кивнула ей. Алёна же подошла к ней.

— А я к тебе. Со мной дядя связался, они с Виталием Павловичем вернулись домой. Там какой-то плохо управляемый хаос. И Мария Витальевна слезно просила тебя найти, потому что дозвониться не может. — Скороговоркой проговорила бухгалтер.

— Как это, дозвониться не может? — Люсинда нахмурилась и вытащила телефон. Трубка словно умерла, никак не реагировала на нажатия клавиш, в общем, не подавала никаких признаков жизни.