Книга Граф Рысев 2, страница 12 – Алекс Ключевской

Я помахал запиской и спросил, как я могу увидеть Геннадия Сусликова. Один из парней попросил отдать записку ему, для передачи Сусликову. Был послан, но, как ни странно, не обиделся. Велел ждать и направился куда-то вглубь территории. Он уже вернулся и успел обсудить с товарищем весьма пикантную историю похождения некоего Федьки, которого застукали в будуаре баронессы Н. Застукал, что характерно, сам барон, и Федька едва успел добежать до училища, отделавшись только подбитым глазом, где окопался в казармах, и с тех пор носа оттуда не высовывает. Я с удовольствием послушал бы ещё, но тут капитан Сусликов решил прийти посмотреть, кто так настойчиво добивается встречи с ним.

Инструктор по бою с применением холодного оружия был подтянут, импозантен, наверняка имеет успех у дам.

— Ну, и кто тут топчется? — спросил он, неприязненно глядя на меня.

— Граф Рысев, господин Сусликов. — Представился я, гадая про себя, а действительно ли этот капитан тот самый, которому Щепкин свою записку написал.

Услышав моё имя, капитан так скривился, что все сомнения отпали, да, скорее всего, это и есть тот самый Генка, который ненавидит аристократов и художников. Что странно, потому что у самого на пальце родовой перстень поблескивает. Присмотревшись, я увидел вставшего на задние лапы суслика на печатке. Да, точно, это он.

— И что же нужно целому графу от скромного военного капитана? — в довольно издевательской манере протянул Сусликов. Я лезть на рожон не стал, а просто молча протянул ему записку. Он внимательно её прочитал, затем окинул меня изучающим взглядом и дал сигнал дежурным пропустить. — Ну что же, уважим старого приятеля, оценим, на что способен его протеже.

Я пошёл за ним, стараясь не оглядываться по сторонам, чтобы не привлекать к себе внимание. Довольно быстро мы подошли к тренировочной площадке, где курсанты отрабатывали бой на шпагах под наблюдением ещё одного инструктора.

— Лейтенант, выдай графу шпагу, — крикнул Сусликов. Останавливаясь возле стойки с оружием и выбирая себе рапиру. А самому, значит, подобрать мне оружие никак нельзя. Ну-ну.

Тут я заметил, что большинство тренировочных боёв как-то сами собой прекратились. Курсанты с любопытством смотрели на нас, и во взглядах многих проскальзывала острая неприязнь к Сусликову. Похоже, что капитан недолюбливает не всех дворян скопом, а исключительно титульных аристократов. Но, тогда он выбрал себе довольно странное место службы, учитывая, что в военные училища и академии идут практически всегда дети аристократов. За очень малым исключением, что, как правило, только подтверждает подобную тенденцию.

Второй инструктор, к которому обращался Сусликов, внимательно на меня посмотрел, прикидывая мой рост, длину рук и кучу других параметров и безошибочно выбрал подходящую мне рапиру.

— Ан гард! — рявкнул Сусликов и тут же перетёк в боевую позицию. Вот только я не умею на рапирах! Меня никто, вашу мать, не учил этому! Я довольно неуклюже принял стойку, постаравшись максимально скопировать позицию, которую занял Сусликов. — Алле!

Он атаковал сразу, без каких-либо дополнительных уточнений. Первый удар я даже умудрился отбить, а потом ушёл в глухую оборону, стараясь не подставиться под удар, потому что мне показалось, что у этого козла рапира не тренировочная, в отличие от моей. Вокруг нас уже столпилась толпа курсантов. Они наблюдали молча, не решаясь подбадривать кого-то из нас выкриками.