Книга Граф Рысев 4, страница 61 – Алекс Ключевской

— Поверю тебе на слово, — я упал в кресло и прикрыл глаза. — Так что тебе не спится? Я-то ладно, меня подняли по очень неотложному делу. А вот тебе спать и спать. Ты же, судя по всему, уже давненько на ногах.

— Не только Медведеву было интересно, почему случился прорыв, да ещё такой мощный, там, где его не должно было быть вообще, — Мамбов нашел на столе один из десертов, который я не стал есть, только потому, что в меня больше элементарно не влезало.

На этот раз он не спрашивал разрешения, справедливо решив, что одного раза вполне достаточно. Подхватив пирожное, он сел напротив меня и улыбнувшись, отправил его в рот.

— Тебе что-то удалось узнать? — я даже вперёд подался, сверля его пристальным взглядом.

У Мамбова была уникальная способность узнавать информацию. И на этот раз, эта способность его, похоже, не подвела. Если судить по довольной роже.

— Вкусно, — заявил он, вытирая руки платком. Налив в стакан воды из стоявшего на столике графина, он вернулся в кресло и хитро посмотрел на меня. — Я узнал почти всё. И был так удивлён, что поспешил к тебе, чтобы поделиться новостью.

— Так, прежде, чем ты сообщишь мне потрясающую новость, ответь на вопрос: как тебе это удаётся? — я ткнул в его сторону пальцем.

— Фи, как невежливо, — Мамбов покачал головой.

— Плевать, — я отмахнулся от его «фи». — Как у тебя получается добывать информацию?

— А что, это разве сложно? — он действительно удивился. — Нужно только уметь слушать. Большинство людей жаждет выговориться. И даже у самого крепкого в плане сохранения тайн всегда проскользнёт оговорка. То здесь, то там… Собирая эти оговорки по крупицам, уже очень скоро перед тобой встаёт целостная картина. Это как… — он задумался. — Как писать картину. Тут мазок, там мазок, — он рукой показал движение кисти. — Не знаю, как ты, а я вижу свою картину ещё до того, как наложу последний мазок.

— Я знаю, зачем тебя Медведев к себе в секту заманил, — усмехнувшись, я развалился в кресле. — Из тебя получится супер-аналитик.

— Ерунда, — Мамбов махнул рукой. — Я же не спрашиваю, как у тебя получается нравиться женщинам.

— Я уже отвечал. Я — кот, и это многим нравится. Не тяни, рассказывай, кто нас так крупно подставил?

— Секретарша помощника Медведева, — торжественно произнёс Мамбов.

— Кто? — я собрался и подался вперёд. — Я не знаю никакой секретарши помощника Медведева! Да я даже не знаю, кто у Медведева помощник.

— Вот. — Мамбов поднял палец вверх. — В твоих бурных похождениях есть один минус. Стоило при тебе заявить о проблемах с хорошенькой женщиной, и ты сразу начинаешь воспринимать это на свой счёт. А на самом деле, всё гораздо проще. Твой пример оказался заразительным. Кое-кто захотел такой же славы. Весьма сомнительной, надо сказать, но славы. Ты вот уже остепенился, стал невероятно известным художником и без своих похождений, а кто-то ещё не перешагнул этот порог.

— Хватит мне мозг выносить, — я поморщился. Ещё бы помнил о своих, так называемых, похождениях, может, и не кривился каждый раз, когда о них упоминают. — Рассказывай, по существу.

— В общем, как оказалось, Енотов не просто так рванул в сортир за целительскими свитками. Он, гад такой, подозревал, что может случиться конфуз. Нам, правда, не сказал, но, когда я прижал его сегодня утром к стенке, выложил всё как на духу. Хотя, положа руку на сердце, сказал бы он нам о своём фиаско, это что-то изменило бы? Нет, не изменило, прорыв уже начался, — добавил Мамбов задумчиво.