Книга Граф Рысев 8, страница 50 – Алекс Ключевской

— Лидия Дмитриевна, я сам прекрасно справлюсь с перевязкой, — Пумов посмотрел на женщину, вошедшую в его комнату с подносом, на котором были разложены предметы для перевязки. — Моя рана оказалась не такая уж и опасная, как я представлял себе. Да, как говорит мой молодой друг, я же всё-таки к кошачьим отношусь, а на нас всё быстро заживает.

— Мне совсем нетрудно, Лев Иванович, — пробормотала Ехиднина, и её скулы слегка порозовели.

Баронесса поставила поднос на столик и принялась открывать флаконы с зельями и готовить бинты. Пумов некоторое время пристально на неё смотрел, а затем начал снимать рубашку. Одно дело помогать при перевязке раненому бойцу, каким он был вчера, когда они заскочили в этот гостеприимный дом, спасаясь от тварей. И совсем другое ухаживать за почти здоровым мужчиной. Полковнику даже интересно стало, как далеко зайдёт её решимость. Но, с другой стороны, нельзя было сказать, что ему неприятно внимание красивой женщины.

Лидия Дмитриевна обернулась и чуть не выронила корпию, смоченную в обеззараживающем зелье, потому что Пумов приблизился к ней совершенно бесшумно и теперь стоял очень близко. Лев Иванович не был таким высоким, как большинство его спутников, и Ехидниной не нужно было задирать голову, чтобы посмотреть ему в глаза. А ещё он стоял перед ней обнажённый по пояс.

— Лидия Дмитриевна, вам лучше уйти, — мягко улыбнулся полковник. — Март уже почти вступил в свои права, и на котов накатывает игривое настроение. Женщинам в это время лучше держаться от нас подальше.

— Что вы такое говорите, Лев Иванович? — пробормотала хозяйка дома.

Она очень остро чувствовала его присутствие. А всё потому, что после смерти мужа заперла себя здесь, не выходя в свет. Да и до его смерти нельзя было сказать, что барон много внимания уделял молодой жене. Он предпочитал всем этим любовным глупостям охоту, что Лидочку вполне устраивало. Её рано выдали замуж, и они почти сразу уехали в эту глушь. Она просто не знала других мужчин. И вот в её дом ввалилась целая толпа, и баронесса внезапно вспомнила, что она женщина, и что ей тоже присущи некоторые желания.

— Я вас честно предупредил, Лидия, — Пумов протянул руку, вытащил из её пальцев корпию и бросил на поднос. После этого обхватил лицо женщины и поцеловал еë. Баронесса вздрогнула и упёрлась ладонями в его грудь, чтобы оттолкнуть, но потом плюнула на приличия, прижимаясь всё ближе…

— Я хотел уточнить, защита установлена на макрах? Просто я привёз с собой целую коллекцию, и если нужно заменить… — дверь распахнулась, и в комнату ввалился Рысев. — Упс, как неловко получилось, — пробормотал Женя и попятился к двери.

— Рысев, — прорычал Пумов, резко разворачиваясь и закрывая собой баронессу, которая охнула и прижала руки к горящим щекам. — Какого чёрта ты вваливаешься в чужие спальни?

— Знаешь, если я не хочу, чтобы меня застукали за шалостями с Машей, я обычно закрываю дверь, — парировал Рысев. — Вот тут такая штучка из замочной скважины торчит, ключ называется. К тому же я увидел, как Лидия Дмитриевна идёт сюда с подносом, полным бинтов. Мне и в голову не могло прийти, что их можно использовать как-то иначе, кроме перевязки. Хотя мне в голову могло прийти и не такое, но применительно к вам обоим…

— Рысев, пошёл вон, — Пумов сделал шаг в сторону Жени, но тот поднял руки.