Книга Код «Бинома», страница 68 – Дмитрий Штиль

Двадцатое декабря.

День Чекиста.

— Пойдем, Витя, — Серов хлопнул меня по плечу. — Надо выспаться. Следующие двое суток нам спать не придется.

Я вышел в коридор. Странное чувство. Обычно перед боем мандраж уходит, сменяясь холодной ясностью. Но сейчас ясности не было. Было ощущение, что мы сидим в скором поезде, у которого отказали тормоза, а машинист радостно увеличивает скорость, потому что график утвержден министром. И где-то в недрах этого поезда, в купе машзала, сидит архитектор Волков и дописывает свой, никому не известный, маршрут.

В номере гостиницы было душно, несмотря на открытую форточку. Батареи жарили с тем же усердием, с каким местная охрана проверяла пропуска — избыточно и беспощадно. Я сидел за столом, заваленным схемами коммутации. Глаза слипались. Вторые сутки мы спали урывками, по четыре часа, загоняя себя в тот особый режим, когда усталость становится постоянным фоном, как шум вентилятора.

Телефон зазвонил резко, требовательно, разрубая тишину номера.

Я вздрогнул. Местная связь? В два часа ночи?

Это был не аппарат спецсвязи, а обычный гостиничный телефон. Я поднял легкую пластиковую трубку.

— Да.

— С вами говорит коммутатор, — раздался бесцветный голос местной телефонистки. — Вам заказан межгород. Москва. Соединяю.

Щелчок, треск, далекий шум эфира. И сквозь этот шум — родной, теплый голос.

— Витя? Ты слышишь меня?

— Лена? — я машинально посмотрел на часы. В Москве полночь. — Слышу. Что случилось? Почему так поздно?

— Ничего не случилось, — в её голосе зазвучали обиженные нотки. — Просто соскучилась. Ты уехал, и ни слуху, ни духу. Как ты там?

Я откинулся на спинку стула, закрывая глаза. Лена Скворцова. Моя Лена. Голос из другой реальности. Из мира, где нет реакторов, американских кодов, задач КГБ и сумасшедших математиков. Там есть только теплый плед, чай с лимоном и обсуждение планов на отпуск.

— Работаю, Лен. Много работы. Зашиваюсь.

— Ты всегда зашиваешься, — вздохнула она. — Витя, я чего звоню… Я знаю, мы договаривались на май. Но я тут посмотрела на календарь. Двадцатого декабря — понедельник. День Чекиста.

— Ну. Профессиональный праздник.

— Я на работе хочу взять отпуск, приехать прямо сейчас.

Я напрягся. Сон как рукой сняло.

— Куда приехать? Сюда?

— Ну да, в Свердловск-46. Пропуск у меня есть, ты же знаешь, у меня родители там живут. Я сто лет их не видела. Совместим приятное с полезным. Маму проведаю, тебя поздравлю… Устроим ужин. Я платье новое купила.

В голове мгновенно включился калькулятор.

Двадцатое декабря. 08:00. Подъем стержней.

Весь день — на нервах. Контроль параметров. Мониторинг ОГАС. Ожидание сбоев. Серов, Зуев на проводе, Волков со своими амбициями.

Я буду ночевать на станции. Я буду злой, уставший и дерганый.

Мне будет не до платья. И уж тем более не до родителей Лены.

— Нет, — сказал я, пожалуй, слишком резко.

В трубке повисла пауза.

— Почему «нет»? — голос Лены стал холоднее. — Я тебе не нужна?

— Лен, не начинай. — Я потер переносицу. — Дело не в тебе. Дело во времени. Двадцатого у нас… аврал. Я буду занят круглосуточно.

— Даже вечером?

— Особенно вечером.

— Витя, не ври мне, — теперь в её голосе звучала не обида, а жесткость. — Какой аврал в профессиональный праздник? Я знаю, как вы отмечаете.

— Как?