Книга Дьявол сказал «бах», страница 101 – Ричард Кэдри

— Никогда о нём не слышал.

— Он многое знает. Он мог бы помочь тебе.

— Зачем ему это?

— У тебя его душа.

Хорошая причина. Она что-то пишет на клочке бумаги. Протягивает его мне, и я изучаю его. Это адрес в Чатсуорте.

— Не говори ему, что я послала тебя. Или что ты вообще меня знаешь. Удачи. — Она возвращается внутрь заброшенного отеля.

Я кладу бумажку в карман. Прохожу сквозь охранные барьеры и выхожу на улицу, где особняк Авгура — просто ещё один анонимный гадюшник, коих полно в этом районе.

В квартале от этого места седой бездомный, не более чем куча лохмотьев с лицом, протягивает руки за мелочью. От него разит «Четырьмя Розами»^[139] и смертью. Я Дьявол. Я не спасаю людей или души, включая свою собственную. Лезу в карман, достаю мятую двадцатку Каира и бросаю ему в руки.

— Можешь купить сэндвич к бутылке.

Я знаю, что он никогда этого не сделает.

Я иду дальше. Я хочу выбраться из мёртвой зоны и попасть обратно в отель «Бит». У меня нет девушки, нет дома, пистолет, который я ненавижу, и мне приходится выпрашивать у говорящей головы на собачьем теле денег на карманные расходы. И всё же, я бы не поменялся жизнью ни с кем из тех, кто был там, у Блэкбёрна.

Я еду на адовском супербайке в отель «Бит», чтобы сменить рубашку и забрать кое-какое снаряжение. Я устроил беспорядок сегодня вечером, но, думаю, всё ещё следую совету Дикого Билла: выбирать свои драки. Карлоса подстрелил кто-то, охотившийся за мной, так что эту драку я выбираю. Надеюсь, стрелок был среди тех сукиных сынов, которых я уволок сегодня в Даунтаун. Возможно, я поручу Семиазе отправить их души в бар Дикого Билла и заставить их вылизывать полы каждый вечер на протяжении следующей тысячи лет.

Может, позвонить Кэнди и сказать, что я в порядке? Скорее всего, она злится, что я её отослал. Если бы из-за меня нас обоих заперли в Синг-Синге^[140] Саб Роза, она бы злилась на это. Если бы я сказал, забудь о своей девушке и сбеги со мной, она бы злилась совершенно по другому поводу. Я не могу выиграть. Возможно, мне следовало остаться в Даунтауне. По мне хотя бы скучали, когда считали меня мёртвым. Бить Каира и подобных ему идиотов намного проще, чем быть человеком. Буду придерживаться этого какое-то время.

Касабян демонстративно не дал мне ключ от «Макс Овердрайв», так что я взламываю заднюю дверь ножом. Когда я вхожу, на видеомониторе проигрывается «На той стороне 110-й улицы».^[141] Касабян быстро закрывает окно браузера на лэптопе. Полагаю, порнуха. Возможно, что-то с Бриджит. Он немного одержим с тех пор, как узнал, что я с ней знаком. Уродец небрежно потягивает пиво, когда я вхожу в спальню.

— Как там под большим чёрным солнцем? — спрашивает он.

— Меня едва не убила боевая группа ниндзя, и я вломился на синод Саб Роза.

— То есть для тебя просто ещё один вечер в Стране Чудес.

— Ты не сказал мне, что святоша Джеймс убил ребёнка.

— Ах. Это.

Он ставит пиво на стол. До того, как обзавестись телом адской гончей, Касабян был просто головой. Когда он хотел выпить пива или поесть, мы подставляли под него ведро. Теперь у него есть желудок адской гончей, и это одновременно и хорошо, и плохо. Это менее грязно, чем опустошать ведро, но это означает, что мне приходится наблюдать, как кожаный мешок набухает, когда заполняется пивом и донатсами. Мне не хочется знать, как он опорожняется.