Книга Дьявол в «Доме кукол», страница 9 – Ричард Кэдри

Подходит Человек-Слон с бутылкой Царской водки. Он протягивает её мне, и я делаю глоток. Передаю Гериону.

— Так расскажи мне остальное. Как город предателей связан со всем этим?

Человек-Слон возвращается к другим солдатам, а мы с Герионом устраиваемся на бревне, передавая бутылку друг другу. Бухло помогает мне забыть, что мы оба всё ещё слегка попахиваем адовским дерьмом.

— У него даже нет названия, — отвечает он. — Люцифер не хотел давать им ни малейшего повода для гордости, так что дал им место, но никакой другой идентичности, кроме как земля позора для самых низких среди нас.

— Я думал, что это раньше был я. Приятно знать, что был кто-то ещё более облажавшийся. Так что значит быть предателем здесь внизу? В смысле, вы же падшие ангелы. Разве это не делает вас всех кучкой предателей?

Герион вполоборота смотрит на меня, а затем отворачивается. Полагаю, здесь не о чем спорить.

— Первые дни после падения были тяжёлыми. Некоторые не пережили самого падения. Другие сошли с ума. Были убийства и самоубийства. Лорд Люцифер, Самаэль, собрал падших и, как и на Небесах, стал нашим лидером. Он побудил нас строить и создавать собственную цивилизацию. Такую, которая могла бы соперничать с самими Небесами. Он спас нас. Тем не менее некоторые отказались следовать за ним.

— Потому что он так сильно облажался во время войны?

Я передаю Гериону бутылку, и он пожимает плечами.

— Уверен, они говорили себе, что у них есть причины, но на самом деле это была простая жадность. Некоторые бежали с Небес с оружием и сокровищами. Достаточными, полагали они, чтобы развязать новую войну. Люцифер понимал, что это уничтожит нас, поэтому напал на них первым. Выживших он сослал сюда.

Я не могу не промурлыкать пару строк из «Город под названием Злоба»^[12].

— Чем они занимались в этой глуши?

— Посредством туннелей, в которых жили, они добывали в горах полезные ископаемые. Они выращивали специи и создавали из местных растений редкие зелья. Короче говоря, даже в изгнании, наш Лорд заставил их зарабатывать на пропитание.

— Город всё ещё там?

У грузовиков солдаты разбились на небольшие группы. Хорошо. После тяжёлого дня на арене мы делали то же самое. Это не то, о чём ты думаешь, это просто происходит. Ты попадаешь в орбиту друзей и знакомых лиц. Вам даже не обязательно нравиться друг другу. Вам просто нужно быть рядом, чтобы напоминать друг другу, что вы выжили, и что это реально. Уверен, что для этого есть научное название. Старые бойцы просто называли это Временем Чаепития^[13].

— Никто не знает, существует ли ещё этот город. С уходом Самаэля ад развалился на части, а с этими зверями на дороге мы стали первыми зашедшими столь далеко посетителями за многие годы, — отвечает Герион.

Я делаю ещё глоток Царской водки и закупориваю бутылку. Сейчас не время пить сколько влезет.

— Полагаю, так или иначе, завтра узнаем.

— Надеюсь, они все сдохли, — злится Герион. В его голосе появляется резкость, которой я раньше не слышал. — Одного набора чудовищ вполне достаточно.

— Аминь.

Здесь в глубинке день и ночь — абстрактные понятия. Ад существует в своего рода вечных синих сумерках, но в Пандемониуме и других городах существует общепринятый цикл для утра, дня и вечера. В такой глуши единственная разница между полуднем и полночью — небольшое изменение цвета неба. Тем не менее, набив пузо, все отрубаются. Выставлены часовые, но так далеко всё, что они увидят только пустынных крыс и песчаных блох.