Книга Невеста медведя, страница 37 – Мия Элден

— А мне не стоит? Я совершила одну небольшую глупость, и теперь чувствую его присутствие каждой клеткой тела, будто он следует за мной, где бы я ни очутилась. Думаешь, это глупо?

Мужчина покачал головой, внимательно глядя на Ергу.

— Ты ему понравилась. Божества могут быть жестоки, очень жестоки. Могут взять за свою помощь больше, чем ты готова дать. Но также они могут быть весьма учтивы с тем, кто им приглянулся.

— Откуда ты знаешь? — недоверчиво поёжилась девушка. — Откуда знаешь, что я ему приглянулась?

И не чувствует ли Чужд хотя бы капельку ревности, если это так?

— Я живу достаточно близко к нему, чтобы понимать, как он мыслит, что чувствует. И я знаю, чего он желает сейчас.

— И чего же?

Мужчина остановился, посмотрел на Ергу. В его тёмных глазах девушка могла читать своё будущее и отчего-то оно казалось ей довольно мрачным.

— Тебя.

Крепкие мускулистые руки обвили нежный девичий стан, вызвав трепетный вздох. Она откинула голову назад, открывая белоснежную шейку, и с жаром в теле обхватила его крепкое тело. Она дрожала под его прикосновениями, его тяжёлый взгляд пронзал насквозь. Такой величественный, мощный, держал он её при этом словно сокровище, бережно. Крепкие мышцы будоражили. Не в силах противиться желанию, Ерга протянула руку вниз. Туда, где было горячее всего. Туда, куда её и тянуло новое для неё чувство.

Капли пота струились по их сплетённым телам.

Горящий жар в чёрных глазах распалился до лесного пожара, поглощая их обоих.

— Ерга. Ерга, ты с нами?

Девушка вздрогнула, поспешно отринув сладкие грёзы, и, сгорая от стыда, опустила голову, возвращаясь к работе над платьем. Постоянные ночные видения делали её такой растерянной, что она уже практически спала днём. И самым неловким ситуацию делало то, как подруги взволнованно смотрели на неё, действительно переживая, после того, как она представляла… Даже думать об этом неловко!

— Да, я… Я в порядке. Как у вас, получается?

Лада смотрела с подозрением, но не стала приставать. За это Ерга особенно любила приятелей. Они никогда не задавали вопросов, на которые Ерга не хотела бы отвечать.

— Да, практически готово. Эта Ночь Костров будет просто невероятна. После последних событий мы заслужили хорошего отдыха.

Девочки согласно хихикнули, продолжив вышивку.

Ночью Костров в Ручейках называли празднество в честь водяного бога. В поселении зажигались костры, девушки надевали лучшие платья, устраивали игрища и, разумеется, воздавали хвалу богу за благоприятную погоду, защиту и богатый урожай.

Особенно старалась над нарядом Мила. Трепетно краснея, запинаясь, и объясняя, что должна воздать особенно духу за защиту.

Ерга с нежным умилением наблюдала за ними, но и сама не отставала, старательно вышивая на ткани прекрасные узоры. Её цель, однако, была не столь невинна, как у Милы. Она не желала благодарить никакого бога, но, с алеющими ушами, не прекращала работу, думая о том, как Чужд может появиться на праздненстве, и тогда Ерга должна была оказаться в числе прекраснейших. Вдруг ей захотелось понравиться. Казалось, она давно уже не испытывала такого невинного желания показаться кому-то красивой.

Нить легко шла под умелыми девичьими руками. На душе было так легко. Подруги сидели рядом, бурно обсуждая, кто из юношей пригласит их на танец.