Книга Лед тронулся, тренер! Но что делать со стояком? Том 2. 18+, страница 15 – Игорь Некрасов

— Мы… не особо общаемся в последнее время, — сказал я, и это была полуправда, которую легче было выдать, чем полную ложь. — Но углубляться в эту тему не очень горю желанием.

— Понятно, — тихо отозвалась она, и в её тоне не было ни жалости, ни допытывания. Просто принятие. — У всех по-разному… понимаю.

Возникла неловкая пауза, и я, пользуясь этой передышкой, перешёл к пояснице, к мощным, но гибким мышцам-разгибателям. Работа здесь требовала большего давления. Я наваливался весом, чувствуя, как под пальцами медленно, с неохотой, но поддаётся глубокий зажим.

В этот момент, двигая руками вдоль её талии, чтобы захватить косые мышцы, мои пальцы по неосторожности скользнули чуть дальше и на долю секунды коснулись не упругой мышцы, а чего-то мягкого и тёплого под краем полотенца — боковой части её груди с обеих сторон.

Я мгновенно отдёрнул руку, как от огня. Сердце ёкнуло от неловкости.

Вот, млять, Орлов, сосредоточься! Это же Софья, а не поле для лапательных экспериментов!

— Извини, — буркнул я. — Нечаянно.

Она не вздрогнула, не засмеялась смущённо. Просто тихо сказала, не меняя положения:

— Да ничего, я же знаю, что ты не специально.

Её спокойствие было обезоруживающим. После постоянных игр и провокаций других её простая, человеческая реакция казалась чем-то нереальным. Я продолжил, стараясь быть аккуратнее.

— Слушай, Лёш, а… — она снова заговорила, когда я заканчивал с поясницей. — А тебе не страшно? Ну, что вот… всё это закончится? Учёба, эта подработка… И что дальше? Ты строишь планы?

Вопрос ударил точно в цель и заставил задуматься.

Что дальше? Хм…

После сегодняшнего у меня не было никакого плана. Был только всё ещё тёплый, липкий шарик в кармане и смутное, но крепнущее ощущение, что я пересёк какую-то черту, из-за которой возврата к прежней, скучной жизни уже нет.

— Страшно, — неожиданно для себя честно ответил я. — Но когда страшно, я начинаю зубрить анатомию, и пока у меня есть конспекты и вот такой вот спазм в твоей квадратной мышце поясницы, я знаю, что делать. А дальше… видно будет. Может, буду безработным массажистом с дипломом врача. Или… наоборот, диплом повешу на стену для солидности, а сам буду разминать мышцы.

— Мне бы так, — прошептала она, и в её голосе звучало одобрение. — Я вот когда страшно или волнуюсь, просто ем. Потом корить себя начинаю за лишние калории и бегу на лёд или в спортзал ещё на два часа. Замкнутый круг, в общем.

— Ну, по крайней мере, твой круг полезный. Фигуристка должна быть лёгкой, — пошутил я, заканчивая проработку поясницы.

— Ой, не напоминай… про лёгкость эту, мне бы не мешало пару грузиков скинуть.

— А как по мне… у тебя всё в порядке с количеством этих «грузиков».

— Ой, правда? — слегка смутившись, спросила она, и я, не желая отвечать, надавил сильнее. — Ай! Ладно-ладно, молчу.

Я улыбнулся, и спустя еще несколько минут работы попросил её перевернуться. Она сделала это ловко и быстро, не выпуская полотенца из рук, так что я снова увидел лишь гладкий живот, очертания рёбер и плотно прикрытую полотенцем грудь.

Никаких сюрпризов, никакого подвоха. Только доверие и простая потребность в облегчении.

— Давай поработаем с тем, что осталось, — сказал я, меняя масло на более лёгкое. — Плечи ещё ноют?

— Ещё как, — кивнула она, закрывая глаза.