Книга Лед тронулся, тренер! Но что делать со стояком? Том 2. 18+, страница 42 – Игорь Некрасов

Я замер, парализованный этой внезапной атакой. Голова гудела усталостью, но тело ниже пояса уже переключилось на автопилот, заведённый одним её запахом. Под её ладонью сердце колотилось, как бешеное. Её рука медленно поползла вниз — по моему животу, едва касаясь кожи через тонкую ткань футболки, преодолевая резинку штанов, и опустилась ниже. Пальцы нашли выпуклость в паху, уже начавшую наливаться тяжестью вопреки усталости, и обхватили её.

Чёрт, — пронеслось в голове сквозь сладострастный туман поцелуя. — Так быстро? Дружок, да ты железный, млять. Или просто прирученный на уровне рефлексов.

Она продолжала целовать меня, всё глубже, всё настойчивее, а её рука в это время работала — не дрочила, а скорее массировала, продавливала, будила через ткань, заставляя кровь приливать с пугающей, животной покорностью.

Затем, не прерывая поцелуя, её пальцы поднялсь выше на моих штанах и ловко, одним движением, пролезли под резинку. Холодок воздуха коснулся кожи, и тут же её ладонь скользнула под ткань трусов, нашла уже твёрдый, горячий ствол и вытащила его наружу.

Она наконец оторвалась от моих губ. Её дыхание было сбивчивым, губы блестели. Она скользнула взглядом вниз, на мой стояк, торчащий из-под спущенных штанов, и её губы растянулись в медленной, удовлетворённой улыбке.

— О-о-о, — протянула она с тёмной, хищной нежностью. — … вижу, скучал всё-таки. И… очень. — её пальцы обхватили член у основания, большой палец провёл по вздувшейся вене на стволе. — Ну что, — прошептала она, глядя мне прямо в глаза. — Ты уже один раз хорошо постарался. И я хочу ещё. — её голос звучал как приказ, обёрнутый в шёлк. — Ты готов?

Я кивнул, не в силах вымолвить ни слова, но затем, несмотря на то, что горло было пересохшим, хрипло выдавил:

— Конечно, как я могу быть не готов?

Она улыбнулась этой своей ледяной, восхитительной улыбкой, отпустила член, отошла на шаг и начала раздеваться. Медленно, с театральным, властным спокойствием. Её пальцы скользнули к поясу спортивных штанов, раздался тихий шорох эластичной ткани, и штаны, подчёркивавшие каждую линию её бёдер, упали на пол, и она ловко стряхнула их с лодыжек.

Под ними оказались всё те же кружевные трусики телесного цвета, выглядевшие невероятно роскошно на фоне простой спортивной одежды. Затем она сняла топ — одним плавным движением через голову. И вот передо мной предстала она — в том самом сложном, дорогом бюстгальтере, который казался произведением искусства и едва скрывал её пышную грудь.

Я, всё ещё сидя на краю стола с обнажённым, пульсирующим членом, начал скидывать с себя одежду. Футболка полетела в угол. Вставая, я стянул штаны вместе с трусами одним небрежным движением и отшвырнул их ногой.

Мы стояли друг напротив друга: она в изысканном нижнем белье, излучающая властную, хищную красоту, контрастирующую со спортивной простотой её только что сброшенной одежды; я — голый, возбуждённый, уставший до дрожи в коленях, чувствующий себя одновременно добычей и избранным, тем единственным, кто был допущен в её «святилище».

Она снова подошла, прижалась ко мне всей грудью, и наши губы снова встретились. Её руки скользнули по моей спине, впились в ягодицы, прижимая меня к себе. Моя рука сама потянулась к застёжке её бюстгальтера, но она поймала мою ладонь и отвела её в сторону, продолжая целовать.