Книга Лед тронулся, тренер! Но что делать со стояком? Том 2. 18+, страница 46 – Игорь Некрасов

И на этот раз я не хотел кончить первым и резко с остервенением начал трахать её еще активнее в этом невероятно интимном положении, одновременно впивался в её рот губами и языком, пока её ногти царапали мне спину, оставляя горячие прямо жгучие полосы.

Мля, а если Ирина заметит эти царапины? — пронеслась обрывочная мысль. — Хотя… плевать.

И тут её тело напряглось подо мной, пошла мощная, сдерживаемая дрожь. Она прервала поцелуй, откинув голову, и из её горла вырвался сдавленный, хриплый стон, который она тут же подавила, впившись зубами мне в плечо. Было не больно, а, скорее, наоборот, даже приятно.

Она кончала несколько секунд, вплоть до десяти, крепко сжимая мой член стальными тисками своих внутренних мускулов, её ноги судорожно сжались на моей спине. Затем, когда спазмы немного отступили, она отстранилась, упёрлась руками в стол, и откинулась назад, её взгляд стал мутным, но собранным. Грудь тяжело вздымалась.

— Ну, — выдохнула она хрипло, — теперь можешь и сам… Но поторопись. Скоро мне вести разминку у девочек.

Она разомкнула ноги, перестав прижимать меня к себе, и позволив двигаться свободно. И я, будучи всё ещё внутри неё, взял её за бёдра, чувствуя под пальцами горячую, влажную кожу, и начал двигаться с новой, отчаянной скоростью, уже не сдерживаясь.

Моя другая рука снова накрыла её грудь, мяла упругую плоть, большой палец терся о твёрдый сосок. Она лежала, откинувшись, с полуприкрытыми глазами и довольной, хищной полуулыбкой на распухших губах, тихонько постанывая на каждый мой толчок.

Третий оргазм накатил через несколько минут активной долбежки, и это было быстро и безрадостно — почти болезненный, сухой, выжимающий из меня последние силы и капли. И я застонал прямо у неё над лицом и обмяк, удерживаясь внутри, пока последние слабые судороги не прошли через моё тело, оставив после себя лишь гудевшую, приятную слабость во всех мышцах.

Простояв так с полминуты, где не двигался ни я, ни она, я медленно вытащил член и отступил на шаг. Затем сам снял презерватив, завязал его и оставил рядом на столе. А после, не спрашивая разрешения, опустился перед ней на колени. Мои руки обхватили её бёдра, и я притянул её к своему лицу и приник губами к её разгорячённой, влажной киске.

Она удивлённо вздрогнула и попыталась оттолкнуть меня со словами «Леш, стой», но я держал крепко, а когда мой язычок проник внутрь, она застонала и тут же схватилась за мои волосы.

Я вылизывал её медленно, методично, не как любовник, а как человек, исполняющий долг или проводящий сложную процедуру. Водил языком по всем складкам, нырял внутрь, чувствуя её солоновато-сладкий вкус, смешанный со вкусом латекса и её собственного, мощного, пьянящего возбуждения.

Затем сосредоточился на её клиторе, водя по нему быстрыми, плоскими движениями, потом зажимая его губами и посасывая. Иногда она пыталась сопротивляться, слабо толкая меня в плечо, но уже через полминуты замерла, и её пальцы с новой силой впились в мои волосы, но теперь не отталкивали, а прижимали с такой силой, что в висках застучало.

Её дыхание стало сбивчивым, прерывистым. И затем она снова кончила — тихо, сдавленно, с длинным, дрожащим выдохом, который перешёл в низкий стон. Её внутренности судорожно сжались, и на мой язык хлынула новая волна её соков.