Книга Лед тронулся, тренер! Но что делать со стояком? Том 2. 18+, страница 69 – Игорь Некрасов

— Я хочу увидеться, поговорить. — произнесла она твердо и уверенно, и затем добавила: — Через двадцать минут подъеду, позвоню.

Послышались короткие гудки, и, убрав телефон от уха, я уставился на его экранчик. Потом на конспект. Потом снова на телефон.

Млять… «Поговорить», да? С каких это пор Татьяна Викторовна, мать её, хочет просто поговорить? Она обычно не говорит — она делает или… заставляет делать.

Я посмотрел на свои руки. Те самые, которые сегодня… нащупали бомбу в Алисиной ноге, и которые… в общем-то, много чего сегодня нащупали, и, похоже, им предстоит поработать еще немного.

Двадцать минут, значит? Ну хоть успею трусы свежие надеть…

Я поднялся и заметался по комнате с мыслями: «Так, двадцать минут. Двадцать минут, мать его», затем подлетел к зеркалу — видок был тот ещё. Под глазами круги, волосы дыбом, и полотенце на поясе. «Да уж, выгляжу я явно не для встреч с женским полом…»

Направился к шкафу, на полке нашёл более-менее приличную тёмную футболку — не самую новую, но хотя бы без дырок. Джинсы вроде нормальные, нестираные пару дней, но сойдут. Кофту на всякий случай приготовил, если замёрзну. Разложил всё на стуле, и ещё раз глянул в зеркало — волосы торчат в разные стороны. Пригладил ладонью. Бесполезно.

Затем сел на кровать и уставился в стену.

Твою же мать… а если так подумать, то у неё был такой голос, будто… Мля, неужели… случилось что-то⁈ Алиса? Что-то с УЗИ? Или может, она просто хочет обсудить что-то? Или… — мысль о сексе пришла вновь, и от неё стало жарко и холодно одновременно. — Нет. Не может быть. Она сама, наверное, устала за весь день… Хотя… может, она вообще никогда не устаёт? Типа как вечный двигатель, только… работает на других видах топлива.

Что она хочет? Что я должен сказать? Как себя вести? — мысли скакали, как блохи на уличной собаке. — Может, правда про Алису? Хочет обсудить, как дальше быть? Или… она просто соскучилась? — внутренний голос произнёс это с такой интонацией, что я сам себе не поверил. — Да ну, бред. Татьяна Викторовна не скучает. Она либо командует, либо получает. Третьего не дано. Но этот её тон, голос… не даёт мне покоя.

Я сжал руки в замок, размял пальцы и потом резко встал, и полотенце тут же съехало с талии и рухнуло на пол.

Орлов, ты взрослый мальчик! — пронеслась мысль в голове, независимо от того, что я стоял посреди комнаты в чём мать родила. — Ты уже через многое прошёл! Что бы ни случилось — справишься!

Самовоодушевление не помогло ни на грамм. Внутри всё равно трясло, но хотя бы паника отступила до управляемого уровня.

Чёрт… я ведь планировал отбросить все эти думы, все мысли о «Ледовой короне» и девушках до завтрашнего дня, а тут… на тебе.

Я глубоко вздохнул и начал одеваться, а затем сел на стул и так и остался сидеть, посматривая на стрелки часов. Прошло пять, десять, пятнадцать минут, и вот телефон зажужжал.

— Выходи, — коротко сказала она и сбросила.

Я сунул ноги в кроссовки, накинул кофту и вылетел в коридор, а спустившись, поймал взгляд тёти Зины, вахтерши, которая глянула на меня подозрительно и спросила:

— Куда на ночь глядя, Орлов?

— Прогуляться, тёть Зин. Воздухом подышать.

— Воздухом он подышать собрался, — проворчала она, но дверь открыла. — Смотри, чтоб без приключений.

— Обещаю. — сказал я и вышел на улицу.