Книга Лед тронулся, тренер! Но что делать со стояком? Том 2. 18+, страница 77 – Игорь Некрасов

— Понял.

Татьяна завела двигатель — мотор заурчал тихо, радостно, будто тоже был доволен проведённым временем.

— Иди, завтра трудный день.

Я кивнул и вышел из машины, хлопнул дверцей, и её иномарка бесшумно отъехала, свернула за угол и растворилась в ночи. И я остался один на пустыре под тусклым фонарём — в мятой кофте, в джинсах с запахом её духов и с ощущением, что день закончился не конспектами, а очередной жирной отметкой в её личной книге учёта.

В общагу я шёл медленно, пошатываясь. Ветер холодил лицо, но внутри было горячо и странно спокойно.

Ну и денёк, Орлов, — подумал я, глядя на редкие звёзды над общагой. — Да и ночка тоже… выдалась интересная.

На вахте тётя Зина глянула подозрительно, но промолчала — видимо, вид у меня был такой, что связываться не хотелось. Затем я поднялся к себе, рухнул на кровать и уставился в потолок.

Конспекты по вегетативной нервной системе так и остались лежать раскрытыми на столе.

Ну ничего. Завтра будет новый день, новые тренировки, новые взгляды Алисы, новые атаки Ирины и новые приказы Татьяны, а также продолжение отношений с Софьей. А сейчас можно было просто закрыть глаза и провалиться в сон.

Что я и сделал.

Пробуждение на следующий день было таким, будто меня ночью не просто вывернули наизнанку, а ещё и прополоскали в ледяной воде, потом отжали, а потом забыли повесить сушиться.

Я открыл глаза и уставился в потолок с тем самым чувством, когда понимаешь, что вчера ты явно перебрал. Не с алкоголем — с жизнью. Тело гудело, как трансформаторная будка, а мысли ворочались тяжело, словно камни в бетономешалке.

Ну что, Орлов, — задумался я, глядя на трещину в штукатурке, которая уже стала мне почти родной. — Теперь ты не просто массажист, а многостаночник в постельном цеху. Интересно, есть ли у нас в штатном расписании такая должность? И главное — надбавка за переработку? Переработка, кстати, была налицо. Во всех смыслах. Мой «дружок» сейчас мирно дремал, но я-то знал — это затишье перед бурей. Сегодня новый день, а значит, новые испытания для него и для моей нервной системы.

С трудом оторвав голову от подушки, я сел и оглядел комнату. Конспекты по вегетативной нервной системе так и лежали раскрытыми на столе, словно немой укор.

Да-да, я помню, — мысленно обратился я к ним. — … парасимпатика, симпатика, краниальный отдел… но ты, млять, только попробуй сохранить эту самую парасимпатику, когда тебя за день столько женщин до оргазма доводят.

Усилием воли я заставил себя встать, затем проверил телефон — сообщений от Татьяны не было. Это, с одной стороны, радовало, а с другой — тревожило.

Вчерашний её визит… меня порядком удивил. — при воспоминании об этом по телу пробежала тёплая волна, и «дружок» чуть шевельнулся, напоминая о себе. — Тихо ты, — мысленно прикрикнул я на него. — Нам ещё до работы доехать надо.

Сборы на работу были быстрыми и почти автоматическими.

Душ, чистая футболка и джинсы. Я глянул в зеркало. Видок был… ну, скажем так, «после вчерашнего». Круги под глазами, лёгкая небритость, взгляд усталый явно от недостатка отдыха и сна, но с искрой предвкушения новых «стычек» с девушками.

В автобусе я устроился у окна и попытался собрать мысли в кучу. Их было много, и все — про женщин.