Книга Лед тронулся, тренер! Но что делать со стояком? Том 2. 18+, страница 91 – Игорь Некрасов

Я нервно сглотнул.

Ох… если бы ты только знала, Елена Сергеевна…

— И что вы ответили? — осторожно спросил я.

Татьяна скинула жилетку и швырнула её на стул.

— Вообще, к удивлению, — она глянула на меня с легким укором или подозрением, — после знакомства с тобой она заметно успокоилась. Ну а ответила я, что массажист, может, и молодой, но с золотыми руками и подкованным знаниями языком. И сейчас я хочу, чтобы эти руки и язык поработали на меня. Мне нужно… расслабиться, Лёш. Срочно. Иначе я взорвусь.

Она подошла к массажному столу, села на край и посмотрела на меня тем самым взглядом — властным, требующим, но с примесью усталой мольбы.

Я понял всё без слов, опустился перед ней на колени и взялся за дело.

Она чуть приподнялась, и я помог ей снять штанишки вместе с трусиками. Запах её возбуждения — острый, пряный — ударил в ноздри, и «дружок», ещё не остывший после Ирины, снова встрепенулся.

Тише ты, — мысленно шикнул я на него. — Сейчас не твой выход. Сейчас работаем языком.

Она села обратно на использованный недавно стол не по назначению, в принципе, как и то, что мы собираемся сделать сейчас, и раздвинула бедра. И я тут же приник губами к её влажным, горячим складочкам.

— Да… вот так… — выдохнула она и запустила пальцы в мои волосы. — Не останавливайся.

Ну а я и не собирался останавливаться, наоборот, хотел закончить побыстрее, так как в мыслях всё еще была Софья.

Я работал языком быстро, ритмично, зная уже все её любимые точки. Клитор, половые губки, горячий, прям пылающий от желания вход — всё получило свою порцию внимания.

Татьяна стонала, почти не сдерживаясь, её бёдра двигались в такт моим движениям. На этот раз не было долгих прелюдий — ей нужна была разрядка, быстрая, и мощная.

— Лёш… да… так приятно… ах!

Я мгновенно ускорился, ввёл внутрь два пальца и надавил на переднюю стенку, одновременно обхватив губами клитор, начав его слегка посасывать.

Этого хватило.

В следующее мгновение Татьяна вскрикнула, её тело выгнулось дугой, и мощная волна оргазма сотрясла её. Она билась в сладострастных судорогах несколько секунд, сжимая мою голову бёдрами, потом ослабила давление и чуть опустилась на локти, тяжело дыша.

Я не стал сразу отстраняться. Решил, что ей понравится, когда после пика её не бросают резко, а продолжают, но немного мягче, нежнее, словно укачивая на остаточных волнах.

Я продолжил водить языком по клитору — медленно, почти лениво, едва касаясь, и так же неторопливо двигал пальцами внутри, уже не надавливая, не трахая её, а просто гладя горячие, пульсирующие стенки влагалища.

Она вздрагивала от каждого прикосновения, но не отталкивала — наоборот, чуть подавалась бёдрами навстречу, продлевая удовольствие. Её дыхание постепенно выравнивалось, пальцы, до этого мёртвой хваткой вцепившиеся в мои волосы, теперь расслабленно перебирали пряди.

Я ещё с полминуты нежно ласкал её языком, чувствуя, как уходит напряжение из её тела, как она обмякает, словно воск после жаркого пламени. Потом так же медленно, аккуратно вытащил пальцы — они были горячими, мокрыми, пахли ею — и поднял голову.

Татьяна лежала с закрытыми глазами, на губах блуждала усталая, почти блаженная улыбка.

— Спасибо… — прошептала она. — Ты моё спасение. Честное слово.

Она села на край стола, потрепала меня по голове, взъерошив причёску ещё сильнее, и посмотрела уже более осмысленным взглядом.