Книга Однажды в Логосе, страница 25 – Татьяна Гончарова

В дальнем углу трактира можно было заметить самодовольного Сэма Неко, который гордо выходил из приватных комнат трактира, приобнимая за шею одну из местных жриц любви, и направлялся к любимой жене. Однако, когда он заметил графа Мартелла, уверенность сразу покинула его, он прогнал от себе ничего не понявшую женщину. Шаги Сэма стали частыми и аккуратными, он быстро шмыгнул к двери и растворился в уличной зелени.

— Джордан, ты, кажется, хотела со мной о чем-то поговорить? – Поинтересовался Эрик, уставший наблюдать за кулачными боями.

— Да так, мелочи, после как-нибудь поговорим.

— Говори сейчас, – влез в разговор Алекс, – или ты боишься кого?

Он кокетливо приподнял свою белую бровь и стал с интересом разглядывать Джордан, ожидая ответа.

— Твоё паршивое мнение кто-нибудь спрашивал? Вот и молчи!

Алекс удовлетворенно улыбнулся.

— Что ты лыбишься, дурак?..

Любое оскорбление в сторону Джо выводило её из себя настолько сильно, что она могла даже развязать драку с обидчиком. Этот случай не стал исключением, по глазам девочки было понятно: ещё одно слово Алекса, и драке быть! Алекс точно осознавал, что девочка скоро взорвется и наброситься на него на глазах графа. Он хотел и ждал этого.

Эрик был поражён тем, чем обернулся невинно начатый им диалог. Он одновременно испытывал целую гирлянду эмоций: он удивился от того, что его обычный вопрос мог повлечь за собой ссору, он пребывал в шоке от дерзости Алекса и злобы Джордан. Его лицо показывало глупое выражение абсолютного непонимания происходящего. Эрик (хотя сам себе не признавался в этом) присматривался к Рэдл, она привлекла его своими обонянием и честностью. Однако её жестокость отталкивала.

Решивший заступиться за Джордан и отошедший от глубокой задумчивости Гера сказал, что если Алекс не замолчит сию же секунду, то будет наказан.

Алекс действительно испугался того, с каким напором граф говорил это, поэтому виновато опустил голову, но ещё несколько секунд бормотал себе под нос оскорбления в его адрес, боясь произносить их ему в лицо.

— И сейчас ты наказан, – подытожил мастер, – потому принеси всем эля и поесть чего-нибудь. Быстрее…

Алекс был подавлен после такого унизительного приказа. Спустя нескольких мгновений ступора он нехотя поднялся и уже направился к трактирщику, когда вдруг замер и загробным голосом спросил: "Три пива?".

— Ужасный из тебя прислужник. Я же сказал, что бы принёс всем пива, досчитай до четырех. Тебя что, отец не научил? – Сострил Гера и в то же мгновенье осознал, что переборщил с шуткой (для всей семьи Калле убийство отца было больной темой до сих пор).

Алекс молча проглотил ком, который подступил к его горлу после слов графа, и всё же ушёл, все молча ждали. Мужчина все продолжал пялиться на Джордан. Эрик заметил Герин нездоровый интерес к девочке, но значения не предал, он заглядывал в глубину трактира, стараясь в толпе разглядеть Алекса.

— Может, уже хватит? – Агрессивно сказала Джо.

— Ты о чём? – Заметно забеспокоился Гера, хотя и попытался это скрыть.

— Сейчас же перестань на меня глазеть.

– Я не глазею…

– Я вижу.

– Замолчи.

– Сам заткнись.

– Или хочешь по шее?

Последовал резкий, почти мгновенный удар рывком поднявшейся из-за стола Джордан. Это было так быстро, что Эрик вздрогнул и сразу перевел взгляд на Геру. Тот сидел невозмутимо спокойно, и легким движением руки заблокировал слабый, но невероятно быстрый удар Джо. Отдача причинила ей боль. Она села обратно на скамью, прижала болевшую руку к груди и согнулась над ней. Эрик кинулся к девочке, как к больному котёнку, чтобы помочь, но Гера поймал его протянутую к Джордан руку.