Книга Полковник не умеет любить, страница 10 – Юлия Рудакова

Она вышла из кабинета и тихо закрыла дверь. И только оказавшись в приемной, поняла, что сердце колотится так же быстро, как несколько минут назад у него. Домой Екатерина приехала поздно. Она долго стояла под горячим душем. Потом сварила чай, открыла книгу, прочитала одну страницу и закрыла. Мысли снова возвращались к кабинету Воронова. К его резкому движению, к руке, потянувшейся к несуществующей кобуре, к взгляду. Она вспомнила рассказ своего двоюродного брата. Он служил военным врачом и однажды сказал простую фразу: «Некоторые возвращаются домой телом, а головой остаются там.» Тогда она не поняла, а теперь начала понимать. В понедельник Воронов появился на работе как обычно. Ровно в восемь, форма безупречна, лицо спокойное, будто пятничного вечера не существовало.

— Доброе утро.

— Доброе утро, Александр Сергеевич.

Он взял подготовленный график. Просмотрел, подписал ни одного лишнего слова. Екатерина тоже молчала. Она решила, что никогда не заговорит о случившемся, если он сам этого не захочет. Днем в приемную зашел Орлов.

— Катя, кофе сегодня будет?

— Да, сейчас сделаю. Она включила кофе машину, а майор внимательно посмотрел на нее.

— Что случилось?

— Почему ты решил, что что-то случилось?

— Потому что ты слишком тихая. Она поставила чашку перед ним, несколько секунд колебалась, а потом все-таки спросила:

— Максим...

— Да?

— Александр Сергеевич... долго служил? Орлов перестал улыбаться.

— Почти двадцать лет.

— Это тяжело? Он медленно кивнул.

— Очень.

— Он никогда не рассказывает.

— И не расскажет. Майор взял чашку.

— Есть вещи, о которых лучше молчать.

Она хотела спросить еще, но передумала. Вечером, когда управление почти опустело, Екатерина снова увидела Воронова. Он стоял у окна своего кабинета. Смотрел на вечернюю Москву. Неподвижно. Один. Совершенно один.

Она вдруг поняла простую вещь, все это время она считала его холодным, высокомерным, черствым, человеком, которому безразличны окружающие. Теперь эта уверенность исчезла, холодным он не был. Он был человеком, который слишком многое оставил позади. И, кажется, так и не смог вернуться окончательно. Впервые с момента их знакомства Екатерине стало жаль своего начальника. И именно это чувство испугало ее сильнее всего.

После того вечера что-то изменилось, не между ними, пока нет. Изменилось отношение. Екатерина перестала видеть в Александре Сергеевиче только жесткого руководителя. Теперь за каждым его словом ей невольно искалось объяснение. Она больше не обижалась на короткие замечания. Не принимала их на свой счет. Просто выполняла работу.

Сам Воронов тоже незаметно изменился. Он уже не проверял каждую мелочь. Все чаще сразу подписывал документы, подготовленные Екатериной. Иногда даже не перечитывал их полностью. Это было доверие, очень маленькое, но настоящее. Во вторник после обеда в приемной появился молодой лейтенант. Явно недавно после училища. Он едва заметно нервничал.

— Екатерина Андреевна, можно узнать...

— Конечно.

— Товарищ полковник очень строгий? Она улыбнулась.

— Смотря что вы понимаете под словом "строгий". Лейтенант растерянно поправил воротник.

— Говорят... он может выгнать с совещания.

— Если прийти неподготовленным, то может.

— А если подготовиться?

— Тогда ничего страшного не случится. Парень облегченно выдохнул.