Книга Дядя, а ты не мой папа?, страница 17 – Ирина Серебрянская

— Давай не будем больше ошибаться, — сказал он. — Давай будем вместе. Втроём. Я хочу быть её отцом. Настоящим. Я хочу быть твоим мужем, если ты позволишь. Я хочу быть с вами.

Алина не могла говорить. Она смотрела на него и чувствовала, как сердце переполняется. Она хотела сказать «да». Она хотела броситься в его объятия. Она хотела верить ему.

Но страх всё ещё сидел в ней, маленький, колючий, как заноза в сердце.

— Я боюсь, — прошептала она. — Я боюсь, что ты снова уйдёшь. Я боюсь, что ты разобьёшь мне сердце во второй раз. Я не вынесу этого.

— Я не уйду, — сказал Глеб. — Я даю тебе слово. Я не уйду никогда. Ты можешь не верить мне. Ты можешь не простить меня. Но я докажу тебе. Я буду доказывать каждый день, что я здесь навсегда.

Алина смотрела в его глаза. В них не было лжи. Только боль, раскаяние и любовь. Любовь, которую она так долго искала. Любовь, которую она боялась принять.

— Хорошо, — сказала она. — Иди к ней. Скажи ей правду. А потом мы поговорим. О нас.

Глеб кивнул. Он отпустил её руки, развернулся и пошёл к двери, за которой была его дочь.

Алина осталась стоять у окна. Она смотрела на море и чувствовала, как в груди разгорается что-то новое. Что-то, чему она не давала имени долгие годы.

Надежда.

* * *

Глеб открыл дверь в маленькую комнату, где играла Марта.

Она сидела на ковре, окружённая куклами, и что-то рисовала в альбоме. Она подняла голову, увидела его и радостно заулыбалась.

— Дядя Глеб! — закричала она. — Ты пришёл! Я рисую тебя! Смотри, я нарисовала тебя с короной! Потому что ты король! А я принцесса! Мы королевская семья!

Она подбежала к нему и протянула рисунок. На нём был нарисован мужчина в короне, с огромной улыбкой. Рядом стояла девочка в платье. А над ними было написано: «МОЯ СЕМЬЯ».

Глеб посмотрел на рисунок, потом на неё. На её огромные глаза, на её ямочку, на её улыбку. На её доверие, которое она дарила ему с первого дня.

— Марта, — сказал он, садясь на корточки перед ней. — Я должен тебе кое-что сказать.

— Что? — спросила она, наклоняя голову.

— Я не просто дядя Глеб, — сказал он, чувствуя, как голос дрожит. — Я твой папа. Настоящий папа. Я тот, кто ушёл пять лет назад. Но я не знал, что ты есть. Я не знал, что мама родила тебя. Я не знал, что ты ждёшь меня. Но я здесь. И я хочу быть твоим папой. Настоящим. Если ты позволишь.

Марта смотрела на него. Её глаза расширились, но она не плакала. Она просто смотрела.

— Я знала, — сказала она. — Я знала, что ты мой папа. Я чувствовала это. Я всё время чувствовала.

Она шагнула к нему и обняла его за шею.

— Папа, — прошептала она. — Ты пришёл. Ты правда пришёл.

Глеб обнял её и почувствовал, как слёзы текут по его лицу. Он не мог их остановить. Он не хотел их останавливать.

— Я пришёл, — сказал он. — И я больше никуда не уйду. Никогда.

Марта отстранилась, посмотрела на него и улыбнулась.

— А ты теперь будешь жить с нами? — спросила она. — Ты будешь моим папой насовсем?

— Насовсем, — ответил Глеб. — Обещаю.

— Тогда я счастливая, — сказала Марта. — Самая счастливая на свете.

Она обняла его снова, и Глеб понял, что это мгновение он запомнит навсегда.

Это мгновение, когда его дочь впервые назвала его папой и он впервые почувствовал, что такое настоящее счастье.

________________________