Книга Новые истории на старый лад, страница 69 – Дара Бояринова

— А моя память и способности?

— Тоже я… но совсем чуть-чуть, ты сама по себе очень умненькая, вся в Тасю…

— Леди, может вы, мне объясните, о чём речь?

— Моя прабабушка – землянка, она была студенткой и попала сюда с очень занимательными вещами, я их тебе дома покажу… от неё я всё и узнала. Про Землю, про Олимп, про богов… она и язык помогла выучить… всё же она была гречанка… – тихо сказала я.

— Мам… а папа где? – тихо-тихо спросил Дан.

— Здесь… Пойдёмте…

В маленьком саду под сенью раскидистой золотолистной ивы стояла статуя мужчины. Она была великолепна, мрамор под руками Реи превратился в почти живого человека… Дан очень сильно похож на отца, только цвет волос и цвет глаз ему достался от матери. Кронос был как живой… как будто застыл на мгновение… застыл навсегда…

Глава 17.

Два дня назад мы вернулись из Ломара. С Рэей мы простились только через три дня… были долгие разговоры… и быстрое прощание. Как оказалось, смертным нельзя находится в таких карманах долго. Не больше десяти дней. Выбравшись обратно, мы очутились в том самом моменте, когда мы входили в арку. Только арки уже не было. Статуя химеры была, Леона, рисовавшая всё подряд, была, старый замок был, а арки не было. Но это не страшно, мы могли переместиться к ней в любой момент. Молнии, швыряемые богами вам в грудь, могут даровать всё что угодно, например, способность перемещаться к самим богам в любой момент.

В понедельник утром, стоило нам только сойти с поезда Ломар-Калле, мы с Даном, передав на руки Сэму Леону и багаж, двинулись к местам службы. Писать заявления на отпуска. Как оказалось, у меня есть аж два месяца отпуска, за три года накопились. К путешествию решили подготовиться серьёзно, пик Аэтос не простое место. С наскока не получится.

— Миледи, вам букет доставили, – Сэм с самым чопорным видом положил на стол перевитый красной лентой букет.

— Спасибо, Сэм. Что там с билетами?

— Миледи, я хотел бы уточнить, кто из нас, я или Тина, будут сопровождать вас в поездке?

— Никто. Мы с Даном сами поедем, – и добавила, видя готовое сорваться возражение, – Сэм, там может быть опасно. Это не просто прогулка.

— Это не прилично…

— Сэм, никто не узнает. Да и мне наплевать, если честно, после всего, что я узнала…

Историю Дана поведали домашним в усечённом варианте, очень усеченном. Примерно так – были друзья, предали, оболгали, чуть не сгубили, теперь пытаемся восстановить справедливость… ну как-то так.

Дан пришел в восторг от «наследства бабули», знакомство с техникой прошло безболезненно и очень быстро. Очень удивлялся, что Земля так шагнула вперёд, но увидев яблочко на крышке ноута, задумчиво что-то пробормотал про Гермеса.

Сэм всё ещё с недовольным лицом продолжал стоять у стола. Но я решила, что разговор окончен, и углубилась в счета. Громкий вздох, полный невыносимой родительской скорби, полоснул по нервам. Отбросив ручку, спросила:

— Ну что? Что, опять?

— Ничего. Всё в порядке, миледи, – сухим тоном сказал Сэм и вышел из кабинета. Оставляя меня в отвратительном настроении.

А потом… потом я вышла замуж…

Выходя на обеденную прогулку с лордом, который решил за вами ухаживать всерьёз, леди должна быть крайне осторожной. Вполне вероятно, с этой прогулки она может вернуться не просто леди, а замужней леди. Если вас приглашают в самую дальнюю часть парка, при этом предварительно завязывают глаза, леди стоит насторожиться. Когда леди слышит странный шепот, что-то вроде: «Чуть ближе»… она должна насторожиться. Когда леди чувствует, что наряд на ней стал как будто длиннее, и идти стало труднее, потому что удобные туфельки на каблучке превратились практически в шпильки, она должна насторожиться. Когда аромат лилий становится очень ярким, а леди знает, что лилии не растут в этой части парка, леди должна насторожиться. Но леди, то есть я, была беспечна… Все мысли были заняты размышлениями на тему, как теперь быть? Барон это одно, а демиург, который даже выше бога, это совсем другое. И отношения между ним и графиней, пусть и из очень старинного рода, обречены… я грустила, можно даже сказать страдала. Так как понимала, я влюбилась, самым постыдным образом, влюбилась. Именно сейчас, когда шла по парку с повязкой на глазах, поняла это очень отчетливо. Влюбилась. Наверное, ещё тогда, в архиве, когда плакала в его объятиях. Тут же вспомнились легенды Греции о любвеобильности олимпийцев… особенно Зевса, да и он же был женат! Или не был? Про жену никто не говорил… в общем, в голове крутилось миллион мыслей и вопросов… Остановка была внезапной. Меня просто аккуратно обняли за талию и тихо сказали: