Книга На краю тумана 2, страница 39 – Мэри Ли

Дельное предостережение.

Эрик уходит, а я подбираюсь ближе к чудику. Я таких никогда не видела. Как он прожил столько времени, если не питался? А через что он дышит? Разглядываю его около пяти минут. Темнота и усталость заставляют меня вернуться к вагону. Туман снова опускается на землю. Как бы дождь не пытался, у него не выходит изгнать мглу надолго.

Стою рядом с вагоном и не могу войти. Я вроде бы поняла, как они открывают двери, но пасую не из-за них. Что если Дилан начнет разговор? Как мне вообще на него реагировать? Я ведь ушла именно ради этих мыслей, а по факту ничего не обдумала.

Может, оставить все как есть? Мы только что познакомились. Ничего не стоит перечеркнуть все былое и попробовать начать все сначала. Вдруг получится?

Кого я обманываю?

Не получится.

По факту, мы с Диланом знакомились уже трижды. Первый раз в детстве, второй в момент апокалипсиса, а третий сейчас. Два из трех знакомств сделали мне больно. Оба раза Дилан уходил, оставляя меня с вопросами и разбитыми ожиданиями. Так почему сейчас все должно быть иначе?

Он такой. Не привязывается к людям, никого не любит и ни по кому не скучает.

Я другая. Привязываюсь основательно, если люблю, то всем сердцем, не забываю близких. До сих пор безумно скучаю по маме и папе. Кажется, боль от их потери никогда не утихнет.

Дилану проще, он, как всегда…

— Октавия? – окликает меня тот, о ком я думаю.

Тело реагирует на его появление раздражением. Как он не может понять, что я не хочу с ним разговаривать?

Отворачиваюсь от двери и тут же встречаюсь взглядом с Диланом.

— Ты бросил меня, – выдыхаю я быстрее, чем мозг успевает выстроить диалог.

Первое обвинение брошено, будто перчатка, вызывающая на дуэль.

Кажется, Дилан удивлен моим выпадом. Он непонимающе хмурится, пару мгновений раздумывает над ответом.

— Я никогда не бросал тебя. Верь мне, – просит он и подступает на шаг.

Верить ему – то же самое, что прострелить себе оба колена. Адски больно и смертельно опасно. Знаю, проходила.

Делаю шаг назад, и Дилан останавливается. Хмурит брови, как будто не понимает, о чем я говорю, почему не подпускаю его к себе.

— Ты уплыл с острова и оставил меня одну, – напоминаю я.

Лавина пережитой обиды уже поднялась за спиной. Одно неверное слово со стороны Дилана, и меня накроет с головой.

Он снова пытается подойти ближе, но я отрицательно качаю головой и прошу:

— Не подходи.

— Почему?

— Могу проломить тебе череп. Сейчас не отвечаю за себя, – признаюсь я.

— Я уплыл, – говорит он, – но…

Дилан замолкает и его взгляд переходит к чему-то за моей спиной.

— Вот видишь, – произносит Эрик позади меня. – Ее никто не съел.

— Вижу, – безэмоционально отвечает Дилан. – Оставь нас на минуту.

— Нет, – выдыхаю я. – Не сейчас.

Дилан поджимает губы. Пару мгновений смотрю на его лицо. Оно немного изменилось с нашей последней встречи. Небольшая щетина выдает возраст, он больше не подросток, а мужчина. Взгляд стал более холодным и отстраненным, чем был в нашу последнюю встречу. Плечи шире, на шее и виске шрамы, которые появились в нашу разлуку. Он прожил целую жизнь, оставив меня за бортом спасительного корабля.

— Нам нужно поговорить, – серьезно произносит он.

— Не сейчас, – настаиваю я.

Дрожь прошибает настолько сильно, что зубы начинают стучать. Из-за холода или накалившихся нервов?